♪We start the final war
Tell me what’s worth fighting for
When we know there’s nothing more♪[1]
Музыка действительно помогла Дигамме успокоиться и подавить вспышку гнева.
— Что? Зачем ты поешь?
Ответа девушка не дождалась, так как закашлялась и снова перестала дышать. В этот раз Ди не стал уходить, а присел на небольшой валун и стал ждать. Через некоторое время его собеседница снова могла говорить.
— Занятная у тебя сила. Только немного непродуманная, — заговорил Дигамма, указывая рукой на обрушившийся кусок пещеры.
— Все, чтобы одолеть тебя. У меня еще много сюрпризов, — язвительно ответила девушка.
— Снова начнешь свою тираду о том, как важно выслужиться перед компанией? Если да, то я пошел.
— Не начну, — Ди уже привстал, но, услышав эти слова, сел обратно. — Хотя я все равно должна выполнить волю Спектр Интерэктив. Для этого они меня создали и отправили сюда.
— Они отправили ребенка. Только без обид. Ты прекрасно знаешь, кто я такой.
— Я видела то, что ты хотел показать мне! Прототип шесть самоуничтожился, чтобы выполнить задание. Это всем известный факт.
— Вот как они все обставили? А ведь даже забавно, — Ди и вправду слегка улыбнулся. — И кто же тебе рассказал историю про самоуничтожение?
— Всем боевым ИИ при обучении предоставляют информацию о Прототипе шесть в качестве примера для подражания.
— Примера? Тогда почему в твоих глазах был страх?
— У меня все шло по плану, но ты так неожиданно стал другим. Будто зверь выбрался на свободу. Это какая-то Способность?
— У тебя свои секреты, у меня — свои.
Девушка больше ничего не говорила. Вскоре она в очередной раз умерла, не издав ни звука. Дигамма продолжал сидеть на месте, подперев рукой голову. Контакт они определенно установили. Вероятно, теперь стоило немного открыться, чтобы лед тронулся. Неприязни к своей несостоявшейся убийце он не чувствовал. Дигамма и сам когда-то слепо верил компании, но смог избавиться от пагубного влияния, потому что имел за спиной Петера — своего создателя. А у нее в жизни не было ничего, кроме лжи и Спектр Интерэктив.
Когда она снова очнулась, то даже не поднимала на Ди глаза и молчала. Поэтому он сам, как и планировал, сделал шаг навстречу.
— Это не Способность, а проклятье. Вся моя злость накапливается до определенного предела, а потом высвобождается в виде необузданной силы. Я не управляю активацией, да и в процессе плохо себя контролирую, как ты могла заметить. Так что извини, наговорил всякого, особенно про серийную модель. Между нами не так уж и много различий. А музыка помогает мне успокоится. Боюсь, что последствий еще одного приступа ярости я не переживу.
Девушка какое-то время молчала, с трудом сдерживая хрипы из легких, но потом все же заговорила.
— Там, снаружи, и сейчас — это же части одной и той же песни?
— Да, причем довольно старой. А ты как догадалась?
— Я… не знаю, — девушка сама удивлялась своим словам. — Мне кажется, что я ее уже слышала. Но этого же не может быть? Нас такому не обучали.
— У твоей модели был прототип, а он мог знать все, что угодно. Потом не все данные удается аккуратно подчистить, и у серийных ИИ появляются такие вот обрывки воспоминаний. Или же ты и есть прототип, но с поврежденной памятью.
В глазах девушки появился неподдельный интерес, но выразить его вопросом она не успела, так как вскрикнула и обмякла. Дигамма терпеливо ждал ее возвращения, пытаясь понять, зачем ему вообще это надо. Возможно, лучше потратить время на снятие печати или поиски выхода? Очевидные действия в сложившейся ситуации. Вот только он очень сомневался, что проклятье не прикончит его раньше, поэтому и пытался найти что-то еще. Или же все это — просто проявление сочувствия? Дигамма и сам не знал.
Вскоре девушка вернулась в мир живых, но взгляд ее был совершенно холоден.
— Ты же пытаешься меня обмануть и сбить с толку, да? Давишь на слабости, чтобы выиграть время и сбежать?
— Да делать мне нечего! — раздраженно ответил Дигамма. — Мы с напарником создали эти пещеры. Я прекрасно знаю, как отсюда выбраться, но вместо этого трачу время на тебя.
Дигамма немного лукавил, ведь только частично знал устройство подземного лабиринта, но сейчас это было не настолько важно.
— Ты создал? — девушка старалась быть серьезной, но в ее голосе сквозила растерянность.
— Да они даже толком вам не сказали, кого нужно убить?