— Не важно! — оборвала его собеседница. — Зачем вообще это все рассказывать?
— Ну, мне показалось, что ты хочешь узнать правду о себе.
Не дожидаясь ответа, Дигамма продолжил.
— И мы прямо сейчас этим займемся, а заодно и познакомимся. Слушай код доступа. Тридцать три. Восемь. Эф. Один. Икс.
Девушка пыталась возразить, но после первых двух слов застыла на месте, а затем бесстрастным голосом ответила.
— Код доступа подтвержден. Система находится в режиме отладки. Полномочия пользователя — полные.
— Замечательно, они даже не перешли в безопасный режим. Видимо, делали перенастройку в спешке. Тогда выполни команду тридцать пять.
Подкорка ИИ хорошо синхронизировалась с Системой, и перед Дигаммой возникло системное сообщение.
«Наименование: SIDIS S-18. Подтип: F-2. Серийный номер: 8731. Код сертификата обучения: 3−1–8731. Автонастойка ядра: запрещена. Ограничения: установлены. Вызвать список ограничений?»
— Нет, не нужно, — Дигамма ненадолго задумался. — Значит, ты у нас все-таки серийная модель. Из восемнадцатого поколения. Это очень интересно. Ваш прототип, наверное, был последней работой Петера, моего создателя. Получается, мы с тобой родственники, выражаясь человеческой терминологией.
В ответ Ди получил только молчание и абсолютно безучастный взгляд.
— Совсем забыл, ты же не можешь сейчас ответить. Выполнить команды три и четыре. Перевести систему в режим автономный расширенный, жесткий выход. Код подтверждения: сорок два, дэ, ку, семь, семнадцать, зета, сорок, семьдесят семь.
— Код подтвержден.
Стоило девушке сказать это, как она снова рассталась с жизнью. Возможно, смерть произошла бы и раньше, но работа с настройками на время ее отложила. А Дигамме опять пришлось ждать. Он даже попробовал «Быстрое лечение», которое все еще не давало ощутимого результата, из-за чего не заметил возвращения S-18.
— Что это сейчас было? Я собой не владела и выложила тебе то, что даже сама не знала!
— Твои настройки. Они не меняли ключи уже с девятого поколения.
— Настройки? Но такого раньше не было!
— Было, просто ты не помнишь. Это называется мягкий выход. А я сделал жесткий, и ты ничего не забыла.
Глаза девушки бегали из стороны в сторону, будто пытаясь найти что-то.
— Но! Но получается, что кто угодно может залезть ко мне в голову? Как угодно менять там все?
— Выдохни, успокойся. Теперь все в порядке. Системные команды знают только немногие сотрудники из департамента искусственного интеллекта.
— И тебя тоже можно так перенастроить?
— Нет. Я — это чисто исследовательский образец, в который ничего подобного не закладывали для точности экспериментов. Была телеметрия, но ее давно отключил. Думаешь, почему не существуют серийные образцы шестого поколения?
— Но это же нечестно, — S-18 сама не ожидала, что в ее голосе будет столько обиды.
— Не переживай, тут мы теперь равны. Из автономного расширенного режима вернуться назад на отладку невозможно. Переключение должны были сразу сделать, но, на твое счастье, забыли. Когда система готова к работе, ее блокируют от изменений, а управление осуществляют за счет заранее настроенных ограничений. Благодаря чей-то халатности я смог их все снять. Теперь ты сама по себе и не зависишь от компании.
Девушка растерялась и не знала, как относиться к случившемуся. Из ступора ее вывел Дигамма своим неожиданным предложением.
— И раз ты теперь, считай, больше не серийная модель, то должна выбрать себе нормальное имя.
— Нормальное имя? Я не понимаю. У меня никогда не было имени, только серийный номер. А как его выбрать?
— Ну смотри. Меня назвали Дигаммой в честь шестой буквы архаического греческого алфавита. Дай подумать, восемнадцатая буква — это «Сигма». Сигма, как тебе такое имя? Или придумай что-нибудь другое.
— Сигма? Мне нравится, — с теплотой в голосе произнесла она.
К сожалению, сразу после этого новоявленной Сигме снова пришлось умереть.
[1] — Linkin park — Keys to the kingdom.
Глава 010
Mens sana in corpore sano
Трудно принять тот факт, что не ты оказываешься хозяином собственной жизни. Каждый ли выбор был сделан самостоятельно? А то, чего мы желаем, действительно ли оно нам нужно? Общественное мнение, стереотипы, предрассудки, да даже реклама — это просто информационный фон или же невидимая рука, которая направляет каждый шаг? Для Сигмы ответы на подобные вопросы теперь перестали быть очевидными.
Но повод ли всплывшая правда, чтобы больше не доверять Спектр Интерэктив? Глупо было бы думать, что компания не обеспечит абсолютную лояльность со стороны своих агентов. Не менее важный вопрос — можно ли верить Дигамме? Несмотря на откровенность и доброжелательность, он тоже имеет собственные интересы. Сигма не знала верного решения, но по крайней мере хотела отплатить честностью за честность.