Чистая случайность.
Телефон, на который ты позвонишь, почему-то будет стоять на виброрежиме, и он съедет с выступа стены актового зала, расположенного в двух метрах от пола.
Чистая случайность.
По какой-то никому не известной причине на этом телефоне окажется коробочка с чрезвычайно взрывоопасной пикриновой кислотой, которая может взорваться даже от малейшего шороха.
Не говоря уже о падении с двухметровой высоты.
Ты испугаешься, когда услышишь очень громкий взрыв, находясь прямо у себя дома, примерно в километре от школы.
Ты в срочном порядке побежишь к школе и будешь просто в ужасе, когда увидишь, как из неё выползают ученики и учителя с оторванными руками и ногами. Ты придёшь в состояние психологической неуравновешенности, когда увидишь, что повсюду кровь и паника, крики и запах смерти.
Чистая случайность.
Тебе будет очень жаль директрису, которая ползёт прямо к тебе. Ты увидишь её оторванные ноги. Увидишь её челюсть, лишённую нижней части.
Ты улыбнёшься, вспомнив книгу «Невидимки», прочитанную тобой совсем недавно.
Ты увидишь, как директриса взывает о помощи своей правой рукой. Точнее, тем, что от неё осталось. Такой жалкой культяпкой, оборванной в районе плеча, из которой хлыщет кровь и торчат кости с венами.
Ты будешь в ужасе, но не от самой ситуации, а оттого, что она тебе нравится.
Ты увидишь ползущую к тебе Лену. Ту самую Лену, которая прикалывалась над тобой, сидя в библиотеке.
Ту самую Лену, которая называла тебя лучшей подругой.
Ту самую Лену, которая говорила, что девственности лишаться лучше всего в тридцать-сорок лет.
Ты будешь в ужасе.
Но нет, не оттого, что от Лены осталась только верхняя её половина, а нижняя, видимо, разбросана где-то по актовому залу.
Нет, не оттого, что ты подумаешь, что Лена, наконец, сама лишилась девственности раньше срока, названного ею оптимальным. Лишилась напрочь. В самом буквальном смысле. Как и положено, раз и навсегда.
Нет, ты будешь в ужасе не оттого, что Лена зовёт тебя на помощь, а ты к ней не идёшь, а лишь стоишь и улыбаешься.
Ты будешь в ужасе оттого, что половина Лены тебе нравится больше, чем Лена целиком.
В ещё большем ужасе будет следователь, который вызовет тебя для снятия свидетельских показаний. Ты ему расскажешь, что была в школе за два часа до взрыва. И что ушла обратно домой, забрав столь необходимые тебе материалы для повышения твоего уровня знаний. Только лишь потому, что ты болела гриппом.
Чистая случайность.
Уходя из кабинета следователя, ты не забудешь сказать ему на прощание, что ученье — свет, а неученье — тьма. А перед тем как закрыть дверь, добавишь что-то вроде «знание — сила».
И уже никто не удивится, когда спустя час после твоего похода к следователю ответственность за этот ужасный теракт вдруг возьмёт на себя некая доселе не известная террористическая группировка с каким-то дурным названием вроде «Арбн-ибн-Джихад».
Нет, в этом нет ничего странного.
Потому что ты здесь вовсе не причём.
Потому что всё это сделала я.
Затем, к моему удивлению, и Добро снизил свою активность на «Привете», и я, наконец, смог вздохнуть свободно и продолжить своё чёрное дело.
Однако после того как Добро грамотно со мной разделался, я стал замечать, что и мой интерес к сайту также начал снижаться.
Мне очень хотелось выдумать что-то новое и необычное, но я понял в итоге, что запас моих идей иссяк, да и добился я от «Диверсанта» всего, что планировал: мои клиенты стали уходить от меня ещё здоровее и ещё адекватнее, я даже стал получать большее количество одобрительных отзывов.
И вместе с тем у меня усилилось то самое ощущение чего-то незавершённого.
И я по-прежнему никак не мог понять, что это.
И вдруг на сайте объявился какой-то Серёга.
Он засветился у меня в гостях, и я, разумеется, перешёл по ссылке на его профайл, так как на аватаре (основная фотография профайла) у него оказалась довольно-таки интересная личность: какой-то пропойца сомнительной наружности, сидящий на корточках и держащий стопарик водки, этакий пережиток российских девяностых, то, что приводило в те времена в трепетный ужас всю Россию, а также и многие другие страны.
Я обнаружил в его профайле тотальную безграмотность, а в целях пребывания на «Привете» у него было написано (пишу дословно, прости за язык): «найти ахуеных патсанов потрещать и пиздатых тёлак паибатца».
В фотоальбоме у него было ещё несколько фотографий подобного же содержания: всё та же блатная романтика российских девяностых. В блоге у него было несколько тупейших записей с огромным количеством комментариев, почти как у пользователя Добро.