— Это можно. Если захочешь, потом смонтируешь фильм о своих приключениях…
— Ага, надо будет обязательно так и сделать, — Егор подвел камеру поближе у сидящей девушки. — Она там что, плачет?
— Кино слишком жалостливое, ее эмоциональный блок отлично реагирует. Это не опасно.
— Хорошо, выключай… А то я как будто подглядываю за ней… Хотя, ты же подглядываешь за нами?
— Я уже объясняла…
— Ладно, ладно! — усмехнулся Егор. — Что у нас дальше по планам?
— Пока сближаемся с кометой. Ее уже видно оптикой.
— Покажи! — попросил Егор.
На экране загорелись звезды, в центре висела большая серая картофелина, покрытая сыпью неровностей рельефа, трещинами, прячущимися с черных тенях, гряды холмов тянулись по всей длине.
— Похожа на обычный астероид, — оценил Егор.
— Большая часть — лед, замерзшие газы, пыль. Твердое ядро внутри, более тяжелые элементы проваливались к центру. Снаружи покрыта мелкими камнями, осколками от падений других небесных тел. Но если направить ее к звезде, начнется испарение, сформируется хвост. Так что это комета, — пояснила Лика.
— И мы будем на нее садиться… — кивнул Егор. — Хорошо, мне наверное нужно возвращаться в симуляцию?..
…Он проснулся в спальнике. Дженни все-таки забралась к нему и привалилась к боку, согревая его шею своим дыханием. Вдвоем в одном спальном мешке было тепло и уютно. Егор улегся поудобнее, обнимая и прижимая к себе девушку. Она не просыпаясь поворочалась, устраиваясь и тоже обняла его, положив руку ему на грудь. Снаружи все еще ревела буря, но в их маленьком безопасном пятачке было почти тихо. Егор снова задремал.
Его разбудил запах жаренного мяса, аромат специй и легкое шипение кипящего жира на сковороде. Дженни развела небольшой костерок и что-то готовила из запасов. Егор выбрался из мешка и подсел к огню. Смотреть на трепещущиеся на легком сквозняке языки пламени было приятно. Костер, отдавая людям свой жар и свет, придавал также и уверенность, спокойствие, безопасность и уют этому скромному уголку между стен и пологом. Егор смотрел и смотрел на огонь, впадая в созерцательное оцепенение, хотелось сидеть так бездумно, наслаждаясь теплом и защищенностью так долго как будет возможно.
Но Дженни не оценила его состояния, поставив перед ним ящик, она водрузила не него горячую сковородку, на которой шипели тушеные бобы и куски мяса.
— Поешь, мы долго спали, а вчера много работали, голодный, наверное, — произнесла девушка, присев рядом и потеревшись головой о плечо Егора.
— Ты сама ела? — поинтересовался Егор, отвлекшись от созерцания.
Он достал из рюкзака две бутылки с колой, открыл, одну отдал девушке, вторую взял сам. Даже в укрытии горло першило, пыль залетала под навес.
— Я перекусила пока готовила, — Дженни отпила из бутылки. — Удивительные здесь места, я раньше никогда не видела газированной воды в стеклянных бутылках, да еще с такими необычными крышечками.
— Не выбрасывай их, они тут вроде как деньги, — предупредил Егор. — А газированная вода… В Европе, в провинции Шампань, это во Франции, растет северный виноград, он плохо вызревает из-за ранних холодов, а когда вино из него разливают по бутылкам, оно начинает снова бродить и наполняется пузырьками. Их называют игристыми винами…
— Я видела как-то такое, — вспомнила Дженни. — Очень толстая бутылка, пробка залитая сургучом. Никакого сравнения с этим.
Она покачала перед собой зажатой в руку узкой и высокой бутылкой колы.
— Но идея такая же, — продолжил Егор. — Там вино само бродит и появляется газ. Тут в воду добавляют сахар и всякие вкусные наполнители, но газируют ее на фабриках. В Новом Орлеане, помнишь, там большие здания с трубами, куда по утрам рабочие уходят. Может на одном из этих заводов и такую воду делают.
— А ты много знаешь об этом, — уважительно произнесла Дженни. — Ты видел такое раньше или сам родом отсюда? Мы как-то никогда раньше об этом не говорили…
— Обычно нам было некогда, — улыбнулся Егор. — Нет, я не отсюда. Я… гм… плыл в Гренландию…
— А я знаю, где это, — почему-то обрадовалась Дженни. — Но там же нет ничего, один только лед!
— Вот я как раз специалист по изучению и использованию льда. Жители… Гренландии, да, наняли меня и я туда отправился. Но не добрался. Теперь вот мы вместе с тобой изучаем этот необычный континент.
— Я думала, тут кругом индейцы, про них рассказывали страшные истории, что они жуткие дикари, убивают белых поселенцев. Города на побережье все окружены стенами, у всех оружие. А здесь пустыня и нет никого, только эти необычные люди в броне.
— Да, меня это тоже удивило, — согласился с девушкой Егор. — Парусные суда, морские бои, и вдруг на реке пароход…
Дженни сделала еще один глоток и о чем-то задумалась, глядя на костер. Егор с удовольствием поел, дочистил сковороду, а она все так и сидела с отстраненным выражением на лице.
— Дженни? — Егор слегка толкнул ее плечом. — О чем мечтаем?
— А? — подняла голову девушка. — Да так… Мы тут вдвоем, тепло, уютно. Кажется сидела бы так и сидела…
Егор поднес ко рту бутылку и сделал большой глоток.
— А представляешь, вот бы мы построили себе дом, где-нибудь в прериях, — продолжила Дженни. — Небольшой домик… Поле, стадо овец. Ты, я и наш ребенок… Ты хотел бы ребенка?
Егор от неожиданности поперхнулся, закашлялся, кола полилась на куртку и штаны.
— Окх… кхе… ты сказала — ребенок? Здесь?..
Глава 20. Двугорбая гора
— Да, а что такого? Когда мужчина и женщина долго… вместе, у них обычно появляются дети, — заявила Дженни и с удивлением взглянула на Егора. — И вроде мы не старались как-то предохраняться…
— Ты что, беременна? — вылупился на нее Егор.
— Нет, пока нет, — произнесла Дженни. — Меня это тоже удивляет, вроде я здорова, да и ты тоже…
— Почему ты думаешь, что здорова, может в детстве чем-то болела, застудилась зимой или еще что-то…
Дженни задумалась, глядя на костерок и пляшущие языки огня.
— Я… — начала было она. — Я не помню… Не помню свое детство. То есть я знаю, что мы жили с братом в Европе, но я не помню ничего, ни единого воспоминания…
Теперь задумался и Егор. Как объяснить девушке, что создавая персонаж в нее не заложили избыточные с точки зрения системы данные?
— А что ты вообще помнишь? Какое твое самое первое воспоминание? — спросил он у нахмурившейся и сосредоточенной Дженни, пытающейся напрячь мозги.
— Море, мы с братом держимся за какие-то обломки… Потом нас подбирает корабль, потом я вижу город, возможно проспала все плавание. Я боялась пиратов, но они оказались вполне добропорядочными и приличными людьми…
— Просто у них необычная работа, — улыбнулся Егор.
— Ага… В дом, в который мы напросились пожить, вернулся из плавания юнга. Совсем еще ребенок. Он восторженно рассказывает матери о море. Брат загорелся, решил тоже устроиться на корабль, чтобы я могла спокойно жить на берегу. Я пошла вместе с ним в таверну, где сидели вербовщики. И там я увидела… — Дженни вдруг густо покраснела.
— Кого? Меня? — догадался Егор.
— Да… — пролепетала Дженни. — Это был как… Как будто я сунула голову в колокол и тут в него зазвонили! Я все забыла. Я сказала брату, что тоже хочу с ним на корабль. Он был против. Но я переоделась в подростка и сама записалась в юнги.
— И долго ты так смогла продержаться?
— Несколько дней. Но потом пришлось признаться. И меня не выкинули за борт, наоборот, все стали относиться ко мне бережнее. Кроме капитана, который ничего не знал и не замечал!
— Я был немного занят… — пробормотал Егор.
— Да! А когда узнал правду, тут же велел выбросит меня с корабля! — вспыхнула девушка.
— У нас была критическая ситуация! — крикнул Егор. — Я не собираюсь оправдываться, но все же обошлось! Теперь ты со мной, а мы здесь!
— Ну это да… — Дженни успокоилась и снова прислонилась к плечу Егора, глядя на огонь.