[16] Чуйков В. И. Сражение века. М., Советская Россия, 1975.
[17] Гальдер Ф. Военный дневник Т.1–3. М.: Воениздат, 1968–1971.
ДВА ПАТРОНА
Разговоры о том, почему прекратили производство автоматов Дегтярева. У него было только 25 зарядов. Глупо, но все–таки прекратили. Почему? Я не могу сказать.
В 30‑е годы пистолеты–пулеметы, которые у нас часто именуют автоматами, в Красной Армии недооценивали, считая, что они годятся не для армии, а скорее «для американских гангстеров, при ограблении банков». Поэтому в феврале 1939 г. ППД (пистолет–пулемет Дегтярева) были сняты с производства и вооружения, изъяты из войск и сданы на хранение на склады. Лишь весьма небольшой заказ с целью не дать совсем умереть производству дал генерал Власик для погранвойск НКВД. Но в том же году началась Советско — Финляндская война, и неожиданно выяснилось, что пистолет–пулемет в умелых руках в лесистой местности весьма грозное оружие. Словно призраки появлялись финские лыжники из лесной чащи, в считанные секунды обрушивали на красноармейцев ливень свинца из своих Суоми и исчезали еще до того, как уцелевшие красноармейцы приходили в себя. Эта ситуация дошла до верхов. Товарищ Сталин негодовал:
СТАЛИН. … 100-зарядный американский пулемет [пистолет–пулемет Томпсон — Е. Т.] был известен, у чекистов был, но считали, что это полицейское оружие, что в армии это оружие никакого значения не имеет. Оказалось наоборот, что для армии пулемет — в высшей степени необходимое явление, а разведка представляла его исключительно с политической стороны, что для войны он не годится» [4, Кн.2].
Замнаркома обороны Кулик оправдывался:
«КУЛИК. … По вопросу о ППД. Я не думал сам лично, пока не побывал, тов. Штерн, после вас на Кингисеппе, когда я поехал командовать корпусом, пока я не попробовал на себе лично «Суоми». Я тогда увидел, что в лесу это «Суоми» равноценно 8 — [дюймовой] гаубице.
СТАЛИН. Чуть–чуть немножко уступает.
КУЛИК. Здесь, когда вас окружили и все трещит, а наши бойцы смущаются и даже немножко боятся леса, я тогда понял что такое «Суоми» и вспомнил, что у меня есть ППД. Тогда я только почувствовал ошибку.
СТАЛИН. Что прозевали, это факт.
КУЛИК. Я это не скрываю. Я не думал, что его можно дать красноармейцу. Но я предлагал Главному военному совету принять это для командного состава, его отклонили, но для красноармейца не дали.… я считал что это для командного состава и для полиции, и поэтому предложил НКВД взять» [4, Кн.2, с.253].
Нарком обороны товарищ Ворошилов докладывал:
«Как только было обнаружено, что войска противника широко применяют в боях легкий пистолет–пулемет, Ставка Главного Военного Совета, вернее товарищ Сталин поднял всех и все на ноги и заставил восстановить производство пистолета–пулемета Дегтярева. Этот пистолет имел обойму всего лишь на 25 патронов. Товарищ Сталин потребовал от наркома вооружения товарища Ванникова и его конструкторов дать магазин такой же, как у финского пистолета — на 70–75 патронов. В течение полутора десятка дней наша промышленность освоила и пистолет, и новый магазин на 70 патронов, и начала выпускать ежедневно сотнями пистолет–пулемет, который немедленно направлялся в действующие войска» [5, с.436].
Вот рассказ тогдашнего наркома вооружения Б. Л. Ванникова.
«Как–то вечером меня вызвал Сталин. Он спросил, почему наши заводы не изготовляют пистолеты–пулеметы. Я напомнил о решении, согласно которому поставка этого оружия армии была прекращена. Молча походив по кабинету, Сталин сказал:
— Нельзя ли у нас организовать изготовление финского пистолета–пулемета «Суоми»? Его очень хвалят наши командиры.
Я ответил, что изготовлять надо советский автомат, так как он не хуже финского, да и производство его освоено и нуждается только в развертывании. Тем более что это потребует несопоставимо меньшего времени, чем организация выпуска финского автомата.