Не совсем понятно как Шапошников объявил выговор при отсутствии связи, не знаю, подали ли рапорт об увольнении начальники штабов фронтов, но начальник Генерального штаба Красной Армии на выговор Верховного Главнокомандующего лишь горькие слезы лил, и не в переносном, а в самом прямом смысле этого слова.
«29 июня, вечером, у Сталина в Кремле собрались Молотов, Маленков, я и Берия. Подробных данных о положении в Белоруссии тогда еще не поступило. Известно было только, что связи с войсками Белорусского фронта нет. Сталин позвонил в Наркомат обороны Тимошенко, но тот ничего путного о положении на западном направлении сказать не мог. Встревоженный таким ходом дела, Сталин предложил всем нам поехать в Наркомат обороны и на месте разобраться в обстановке. В наркомате были Тимошенко, Жуков и Ватутин. Жуков докладывал, что связь потеряна, сказал, что послали людей, но сколько времени потребуется для установления связи — никто не знает. Около получаса говорили довольно спокойно. Потом Сталин взорвался: «Что за Генеральный штаб? Что за начальник штаба, который в первый же день войны растерялся, не имеет связи с войсками, никого не представляет и никем не командует?»
Жуков, конечно, не меньше Сталина переживал состояние дел, и такой окрик Сталина был для него оскорбительным. И этот мужественный человек буквально разрыдался и выбежал в другую комнату. Молотов пошел за ним. Мы все были в удрученном состоянии. Минут через 5–10 Молотов привел внешне спокойного Жукова, но глаза у него были мокрые» [Микоян, 8].
Но плачь, не плачь, а слезами горю не поможешь. Связи как не было, так и нет и надо что–то делать.
«Главным тогда было восстановить связь. Договорились, что на связь с Белорусским военным округом пойдет Кулик — это Сталин предложил, потом других людей пошлют. Такое задание было дано затем Ворошилову» [Микоян, 8].
Как в старые добрые времена до изобретения электросвязи послали курьеров, да не каких–нибудь там полковников, и не генералов даже, а маршалов Советского Союза самолично (видимо на людей в меньших званиях уже не полагались) ехать и разыскивать свои, сражающиеся без всякого руководства войска.
Кто же виноват в отсутствии связи с Западным фронтом. Вот показания генерала Павлова Д. Г. на допросе 7.07.41:
«Вопрос: Вы приняли все меры, чтобы обеспечить армии радиостанциями?
Ответ: Да, все меры на этот счет мною были приняты. Когда в первый день боя Кузнецов позвонил мне и просил прислать радиостанцию, так как имевшиеся у него три были разбиты, я затребовал их из Москвы самолетом. Москва сначала не отвечала, а после повторных моих требований ответила, что выслала 18 радиостанций, но до дня моего ареста эти радиостанции получены не были» [1, т.2, док.630].
Высылались ли Павлову 18 радиостанций, а если да, то куда они делись, никто не знает.
А как тогда, извините за утрирование, вообще о начале войны в Москве узнали? Оказывается, связи не было не везде.
«С самых первых дней войны связь с нашей армией практически отсутствовала. И произошло это не в результате операций немецких десантно–диверсионных групп, как заявляли впоследствии, а по причине привычной русской неразберихи. Исключения составили военно–морской флот, пограничники и несколько отдельных бронетанковых частей… Когда Сталин понял, что его войска отступают без боя, он испытал моменты и глубокой подавленности, и безумной ярости. «От чего это беспорядочное бегство? Почему военные не в курсе ситуации? — не переставал повторять он. — Берия имеет связь с каждым пограничным постом, а военные потеряли контакт с фронтовыми штабами». «Ответ прост, — объяснял мой отец, который хотел смягчить ситуацию, — пограничные посты, в отличие от штабов, оборудованы ультрасовременной радиотехникой» [Берия, 4, с.96].
Итак, пограничники и моряки связь имеют и немедленно информируют Москву о начале вторжения и налетах на военно–морские базы. Правда, не совсем понятно, при чем тут «привычная русская неразбериха», или в погранвойсках и на флоте не русские служат? Но как бы там ни было, но пограничники были сметены первыми, а моряки в силу своей специфики могли информировать только о действиях на морях, что было не так актуально. Так неужели никто не информировал о продвижении немцев по нашей территории?