Как видите, товарищи, дело очень простое, и, казалось бы, экономичное. Я утверждаю, что наличие большого количества тяжелых танков сильно поможет артиллерии в ее работе и сократит расход снарядов. Снимает ли тяжелый танк задачи с артиллерии? Нет, ни в коей мере не снимает, а танк только усиливает артиллерию. Танк — та же артиллерия, только более меткая, защищенная от огня и стреляющая прямой наводкой [14, с.253].
Как мы видим, советское командование весьма высоко оценивает возможности тяжелых танков. А что в реальности? Когда на фронте появились КВ? Снова обратимся к немецким данным.
Вот отрывок из доклада группы немецких офицеров под руководством Ф. Гальдера, находящихся в американском плену:
«23 июня 1941 4‑я танковая группа достигла реки Дубисса и заняла несколько плацдармов. Разбитые пехотные части противника укрылись в лесах и полях пшеницы, угрожая немецким линиям снабжения. 25 июня русские неожиданно контратаковали южный плацдарм в направлении Расейняя 14‑м танковым корпусом (это ошибка — на самом деле 3‑м мехкорпусом). Они смяли 6‑й мотоциклетный батальон, захватили мост и двинулись в направлении города. Чтобы остановить основные силы противника, были введены в действие 114‑й моторизованный полк, два артдивизиона и 100 танков 6‑й танковой дивизии. Однако они встретились с батальоном тяжелых танков неизвестного ранее типа. Эти танки прошли сквозь пехоту и ворвались на артиллерийские позиции. Снаряды немецких орудий отскакивали от толстой брони танков противника. 100 немецких танков не смогли выдержать бой с 20 дредноутами противника и понесли потери. Чешские танки Pz.35 были раздавлены вражескими монстрами. Такая же судьба постигла батарею 150‑мм гаубиц, которая вела огонь до последней минуты. Несмотря на многочисленные попадания даже на расстоянии 200 метров, гаубицы не смогли повредить ни одного танка. Ситуация была критической. Только 88‑мм зенитки смогли подбить несколько КВ‑1 и заставить остальных отступить в лес» [13].
На мою просьбу помочь в поиске описаний участия КВ в боях первых дней войны откликнулся Алексей Исаев. Он прислал следующее сообщение командира 41 моторизованного корпуса генерала Рейнгардта:
«Примерно сотня наших танков, из которых около трети было PzKpfw IV, заняли исходные позиции для нанесения контрудара. Часть наших сил должна была наступать по фронту, но большинство танков должны были обойти противника и ударить с флангов. С трех сторон мы вели огонь по железным монстрам русских, но все было тщетно. Русские же, напротив, вели результативный огонь. После долгого боя нам пришлось отступить, чтобы избежать полного разгрома. Эшелонированные по фронту и в глубину, русские гиганты подходили все ближе и ближе. Один из них приблизился к нашему танку, безнадежно увязшему в болотистом пруду. Безо всякого колебания черный монстр проехался по танку и вдавил его гусеницами в грязь. В этот момент прибыла 150‑мм гаубица. Пока командир артиллеристов предупреждал о приближении танков противника, орудие открыло огонь, но опять таки безрезультатно».
Он же предоставил запись в дневнике 11‑го немецкого танкового полка, в основном повторяющую предыдущую. Во всех трех описаниях речь об одном и том же бое немецкой 6‑й танковой дивизии 41‑го моторизованного корпуса против советской 2‑й танковой дивизии 3‑го мехкорпуса. Подробное описание этого же боя в изложении полковника Г. Ритгена с картами боя приводит Т. Гланц [18, с.108–119]. Итак, мы имеем кучу описаний одного и того же боя, в котором КВ действуют именно так, как рассчитывал Павлов. Таким образом там где КВ реально участвуют в бою, немцы не скупятся на весьма красочные описания. Уж не знаю, случайно или нет, но именно 2‑я танковая дивизия первой в Красной Армии стала получать танки КВ.
«В августе 1940 в 2‑ю танковую дивизию поступили 13 новейших танков КВ, из них 10 КВ‑2 с установками МТ‑1. Дивизия стала первым бронетанковым соединением в РККА получившей серийные танки этого типа. (В августе 1940 танки КВ получила и 8‑я танковая дивизия 4‑го мехкорпуса, но то были опытные образцы). К 1 декабря 1940 в дивизии имелось 32 танка КВ‑1 и 19 КВ‑2, а к 1 апреля 1941 — уже 59 КВ‑1 и 19 КВ‑2» [17].
Кроме этих описаний одного и того же боя с КВ, удалось найти лишь краткое сообщение Гота о бое с тяжелыми танками 6‑го мехкорпуса, происшедшим 24 июня.