Условия задачи.
Из Статистического сборника № 1 «Боевой и численный состав РККА»:
1 июня 1941 г. в РККА числится 24400 танков и САУ старых типов (т. е. без КВ, Т-34, Т-40, но включая специальные танки, боевые машины на базе танков и танкетки).
Из них:1‑й категории: 1233, 2‑й категории: 17219
Из «Истории Великой Отечественной Войны» т.1:
Исправных танков старых типов: 27 %.
Промышленными наркоматами принято 31 % заявок на запчасти для войскового ремонта.
Требуется состыковать эти цифры.
Решение:
Предположим, авторы 6-томника получили заказ написать историю войны. Считаем, что исходные данные из сборника у них были. Но как им их преподать народу? Записать в исправные только 1‑й категории, получится 5 % — маловато. Записать 1‑й и 2‑й категорий, получим 76 % — многовато. Надо было как–то 2‑ю категорию поделить. Поделить просто от фонаря — не научный подход, не наш метод. А может, взяли, да и использовали эти самые 31 процент заявок на запчасти, которые промышленность приняла. Проверяем наше предположение.
Силами войсковых частей можно восстановить те танки, для которых приняты заявки на запчасти: 17219х 0,31=5338
Танки исправные (1 категории) и те, которые можно починить: 1233+5338=6571
Процент танков исправных и те, которые можно починить: 6571/24400=0,2693=27%
Невероятно, но совпало тютелька в тютельку! Конечно, это всего лишь предположение и совпадение могло оказаться случайным. Но уж больно точное совпадение.
Если вспомнить, что поставлено всего 11 % потребного количества запчастей и пользуясь данной методикой можно определить количество танков старых типов, которые можно восстановить: 17219х 0,11=1894.
А всего: 1233+1894=3127 танков старых типов можно считать боеготовыми.
Но реальная боеготовность может быть даже еще ниже. Танки, стоящие на консервации это неприкосновенный запас на случай войны и надо полагать, числятся исправными. Насколько этот запас неприкосновенен видно из воспоминаний генерала Голушко.
«Оставшиеся танки — 20 единиц БТ‑5 и БТ‑7 — считались на консервации. Осмотрел их и только ахнул: одни без коробок передач, другие без аккумуляторов, у некоторых сняты пулеметы!.. На вопрос, что все это значит, старшина ответил, что полк, поднятый по тревоге, забрал все, что можно было поставить на ход. К тому же аккумуляторы с большинства танков сняли и вывезли в другой военный городок для подзарядки, а обратно не привезли» [Голушко, 1, с.5].
А что остается делать командирам танковых частей? Беречь НЗ, когда не на чем ездить, а с заводов ничего не присылают. Вот и занимаются ремонтом одних за счет других.
«После выгрузки капитан Шалимов приказал привести танки в боеспособное состояние. Заместитель командира батальона по технической части воентехник 1 ранга Я. Н. Резник выделил 20 новых аккумуляторов, которые требовалось только зарядить. Это позволило сразу же поставить все танки, как говорится, на ход. Однако при дополнительной и более внимательной проверке боевой техники обнаружили неисправность двух двигателей. Доложили об этом комбату, а он просто приказал их отремонтировать. Легко сказать — отремонтировать, а как это сделать в полевых условиях, когда нет подъемных кранов, запасных частей и двигателей? Кроме того, ни я, ни экипажи технологии ремонта двигателей не знали… Но приказ есть приказ: двое суток без отдыха мы перебирали двигатели. Думали, все нормально, но когда завели первый двигатель… он застучал еще сильнее, а второй сразу же заклинило. За плохой ремонт капитан Шалимов объявил мне выговор и дал двое суток на исправление неполадок. Не представляю, как могли бы мы «исправить неполадки», если бы не зампотех: Резник привез из Ленинграда ремонтную бригаду во главе с мастером цеха И. Д. Мурником. Рабочие захватили с собой съемники, поршни и поршневые кольца. Совместными усилиями двигатели были отремонтированы» [Голушко, 1, с.7].
О том, что двигатели танков, находящихся на консервации неисправны, пока война не началась, никто не знал. Хорошо, что описанные Голушко события происходят в Ленинградском округе, где финский блицкриг не такой уж и блицкриг. И рядом Ленинград, куда можно запросто смотаться и привезти рабочих–ремонтников с запчастями и приспособлениями. Будь это в Белоруссии или Литве все танки были бы брошены и потеряны. Конечно, можно акцентировать внимание на фразе: «Кроме того, ни я, ни экипажи технологии ремонта двигателей не знали». Но если бы даже это были опытнейшие из опытнейших ремонтников, где бы они взяли нужные поршни и поршневые кольца, цена которым пятак в базарный день? Разве что сами бы выточили.