На втором часу пути всех начала утомлять езда, и музыканты, привычные к такому образу жизни, расслабились и по одному погрузились в дрему, пока была возможность отдохнуть. Я же была абсолютно бодра и, выспавшаяся сегодня, взбудораженная от волнений, связанных с первой в моей жизни подобной поездкой, не знала, как усидеть тише и не гомозясь, чтобы не мешать СынХену. Даже во сне он не отпустил мою руку. Поделив, как обычно, наушники пополам со мной, он включил свой плеер и отключился. Я с нежностью разглядывала его умиротворенное лицо, с чуть хмурыми бровями и опущенными ресницами. У него была красивая линия подбородка и изящные скулы. Мне хотелось провести по ним пальцем, но не могла же я сделать это здесь? Я заставила себя отвернуться, чтобы не соблазняться неуместными желаниями. ХонКи не спал и целеустремленно смотрел в окно на пролетающий на скорости пейзаж, меняющий свои картинки, как диафильм. Именно не мечтательно, а осмысленно и, будто планируя что-то, взгляд его упирался в горизонт. Хотя ХонКи порой вел себя задорно, расхлябано и даже легкомысленно (особенно в компании ХиЧоля), я чаще угадывала в нем волевого человека, который точно знает, чего хочет от жизни. Иногда уставшего, утомившегося от того, что имеет, но всегда хотящего добиться чего-то ещё, стремящегося к своим целям, не ведомым мне. Нет, он был совсем не прост. И я, в который раз, поняла, что никак не смогла бы стать его близким и хорошим другом, даже если бы очень хотела того.
- ХонКи… - неловко, шепотом, начала я, вытащив из уха правый наушник, в котором играла приятная мелодия на акустической гитаре. Он повернулся ко мне, – я точно не буду мешать или выглядеть среди вас обузой эти три дня? Я так наивно согласилась, но теперь думаю и…
- А ты не думай об этом, - улыбнулся он – никогда не грузи себя тем, чего от тебя никто не требует. Ты же знаешь, что я к тебе хорошо отношусь, а даже если бы не так, то ты едешь с СынХеном, ради СынХена, он хочет, чтобы ты была там, а важнее его мнения для тебя ничего быть не должно. Ну, и тебе самой ведь нравится идея провести время загородом?
- Нравится, но… - я остановилась, увидев поморщившийся нос ХонКи, которому не по душе было «но». И всё-таки, после паузы закончила – я не привыкла так, не считаясь ни с кем, кроме себя. Меня не так воспитывали.
- Я очень надеюсь, что ты не подразумеваешь под всем то, что тебя волнует возможное недовольство ДжонХуна, - я постаралась сделать так, чтобы щеки не покраснели, хотя это был неуправляемый процесс, и не отвела взгляда, дабы не быть пойманной на очевидном. Я вяло покачала головой – тогда проблем вообще нет.
- Конечно, негативное отношение ко мне вашего лидера не может меня не задевать, - не стала совсем лукавить я и частично призналась – но сейчас дело не в нем.
- А я бы на твоем месте, - наклонился ко мне ещё ближе ХонКи, покосившись на спящего СынХена и разговаривая, как и я, шепотом – одарил бы таким же негативным отношением самого ДжонХуна, и пусть бы он парился и напрягался, что кому-то неприятно его лицезреть. В конце концов, ты имеешь полное право его ненавидеть и презирать. Я бы тебя понял.
Я задумалась над его словами. Смогу ли я, в самом деле, пробудить в себе ненависть к Лидеру? Я ведь пыталась, пару раз пыталась. Но как я могу сделать это, если каждый раз, когда мы сталкивались, ему было всё равно, а я начинала переживать и волноваться? Я не создана для того, чтобы подавлять кого-то, я слишком зависима от людей, к которым хоть раз привязалась. Да, к тому же, я не могу позволить себе разрушать дружественную атмосферу в среде, которой работает и существует СынХен. По отношению к нему это тоже некрасиво.
- Я чувствую вину за то, что ДжонХун и СынХен теперь… - я постаралась описать происходящее, как можно корректнее – не очень ладят, что ли.
- Тогда успокойся и расслабься, - ХонКи доверительной интонацией поведал мне интересную новость – если тебе это облегчит страдания, то я тебе скажу, что между ними дружбы не было и до твоего появления. Ведь СынХен пришел на место ВонБина, с которым Лидер был очень в хороших приятельских отношениях. И с самого первого дня, как СынХен стал членом нашего коллектива, ДжонХун тихо и, как он думает секретно, испытывает к новичку неприязнь. И, к слову, СынХен тоже с первого взгляда недолюбливает хёна. У них всегда такое… немое соперничество что ли. Во всем, чем только можно, они соревнуются и стараются оказаться лучше другого…
Последние фразы, которые были уже личными рассуждениями ХонКи на их счет, я не слышала. Если он думал, что облегчит мои страдания, то сильно ошибся. Они накатили на меня, ударили ураганом. Лучше бы я была виновата в их разногласиях, но теперь… что же получалось, что я просто разменная монета в выяснении первенства между СынХеном и ДжонХуном? Я посмотрела на своего молодого человека и не могла поверить в то, что осознала. Нет, пожалуйста, нет! Я ведь оклемалась и вернулась к нормальной жизни, нашла луч света только благодаря его искреннему и доброму отношению ко мне, и если это окажется ложью… подумать страшно! У меня мурашки побежали по коже. ХонКи замолчал, наблюдая, как я что-то судорожно верчу в голове. В голове, на которой волосы вставали дыбом от ужаснейших для меня подозрений.
- С тобой всё нормально? – не выдержал ХонКи.
- Да, да, извини, задумалась о своем, - я прикрыла глаза и тоже сейчас бы с радостью провалилась в сон, но внутри всё клокотало. Эмоции варились, как в котле ведьмы, такая это была ядовитая смесь; влюбленность, ненависть, благодарность, недоверие, вера, разочарование. Зачем я раньше времени терзала себя этим всем? Какая глупость делать такие выводы из того, что я узнала. Да мало ли на свете соперников? Все мужчины, по сути, хотят быть победителями, и это совсем не значит, что они для этого используют всех вокруг, что не умеют из-за этого быть искренними, любящими, забывать о своей гордости в моменты, когда находят свою любовь. Боже, как же мне хотелось верить в то, что СынХен любит меня! Я ведь тоже… тоже начала его любить! Я едва сдерживала слезы, на всякий случай, надев темные очки. Пальцы СынХена крепче сжались на моих сквозь сон. Я посмотрела на наши руки и постаралась выкинуть из головы всё-всё, что занесло в неё, как мусор ветром.
Мы приехали засветло, и я имела возможность воочию увидеть настоящую съемочную площадку. Осветительные приборы, рельсы для камер, провода, раскинувшиеся прямо на газоне так, что в них можно было запутаться. Аппаратура, которая вся была соединена друг с другом, расставленные декорации, стулья для съемочной группы вокруг. Солиста и музыкантов тут же привлекли к бурной деятельности, в которой и так уже суетилась масса народа. Ребятами занялись гримеры, костюмеры, сценаристы и режиссер, поэтому менеджер, оставшийся без дела, проводил меня до номера, в котором я могла расположиться. Сообщив мне что-то о «закатных съемках по задумке операторов», он намекнул, что я могу долго ещё не ждать компании и отдыхать спокойно. Ролик снимался в просторном дворе небольшой двухэтажной гостиницы, где была коротко остриженная трава, симпатичные альпийские горки, разноцветные клумбы. Само здание напоминало белоснежные частные отели какой-нибудь Греции или Италии, где светлые стены домов, пропитанные солнцем, вносят необычайную легкость во времяпрепровождение. Не хватало только маленьких балкончиков с плетенными креслами.