- На удивление да. В студии звукозаписи мне работать привычнее. - он выпускает меня из рук.
- Папа к старости лет становится всё более домашним, прямо как ты! - хихикнул Генри, подойдя сзади, положил ладони мне на талию и заглянул в лицо.
- Антуан не старый! - в шутку хмурюсь и грожу своему рыцарю пальцем, - Вот доживёшь до его лет и поймёшь, что в душе тебе всё ещё примерно двадцать.
- Даже представить себя в подобном возрасте боюсь... - шуткует он в ответ, после чего мужчины дружно покатываются со смеху над приколом, известным только отцу и сыну.
По краю зрения мазнуло светлое пятно платиновых, как у Генри, волос. Я повернулась, чтобы увидеть ослепительную улыбку на лице невероятно красивой женщины, которую Антуан пропустил ко мне, отступив в сторону. Модная блузка и классическая, строгая юбка-карандаш. Чёрт, нужно было одеться поприличнее...
- Стоило организовать этот обед только для того, чтобы увидеть, как эта крошечная мадмуазель будет осаживать вас двоих! - пространство заполнил глубокий женский голос. Видно, что мадам Д'Ассильва, хоть и старается казаться беззаботной, так же напряжена, как и я.
Генри взял меня за руку и гордо встал рядом.
- Мама, это Лайла.
- Добрый день, дорогая! Можешь называть меня просто Элен. - она протянула руку и я мягко пожала её, - Если бы ты только знала, как я невероятно рада наконец-то увидеться с тобой лично! - она берёт вторую мою руку и мягко сжимает обе, - Никогда ещё не видела своего сына таким счастливым, как с тобой.
- Ма-ам! - мой рыцарь с шумным вздохом качает головой и закатывает глаза, - Перестань...
- Ну и что я такого сказала? Не преувеличивай. - Элен строго смотрит на сына, переводит серьёзный взгляд на меня, - Мать всегда знает, когда счастлив её ребёнок.
- Я тоже очень рада с Вами познакомиться! Хотя, признаться, сильно волновалась. - хоть мадам и производит впечатление достаточно волевой женщины, но я больше не боюсь, выпрямляю плечи и тихо, вредительски хихикаю, - Наконец-то у меня появился человек, с которым можно будет перемывать косточки этим двоим! - и указываю на мужчин.
- Лайла-а... - тянут Генри и Антуан в один голос, а Элен расслабляется и радостно хохочет, утягивая меня в гостиную.
- Всё, детка, я уже тебя обожаю! - сквозь смех говорит мадам и усаживается на диване, подгибая под себя изящную ногу, - Антуан, ты оказался прав. Лайла просто само очарование!.. - и она заговорщически подмигнула мне.
Д'Ассильва-старший снова треплет меня по голове, пока сажусь рядом с Элен:
- Ну, шеф-повар, готова заценить мою фирменную вегетарианскую лазанью?
- Иначе я бы не пришла! - хитро дёргаю бровью.
Антуан, привычный к моим шпилькам и подколам, постарался спрятать улыбку, а вот Генри посмотрел на меня большими глазами, мол "Будь осторожнее!" Не волнуйся, котёнок, я слежу за тем, что говорю и кому.
- "Шеф-повар"? - Элен удивлённо хлопает глазами, пока её сын опускается на диван рядом со мной.
- Моя девушка замечательно готовит. - мой рыцарь обнял меня сзади за талию и положил свою голову мне на макушку, - Её блинчики я всегда чуть ли не с собственными пальцами готов проглотить. А томатный суп с морепродуктами - просто нечто... Целая нирвана вкуса! Лайла даже знает, как правильно подавать морских гребешков, устриц и икру морских ежей...
- Генри, перехваливаешь! Не заставляй меня краснеть. - надуваюсь булкой, перебив его, - Ничего там сложного нет, я просто нашла всё в интернете.
Когда мы сели за стол, началось страшное. Страшное для моего виртуоза. Элен внимательно следила за моими манерами и поведением за столом, я видела это и старалась вести себя как обычно, как можно более спокойно. Генри, сидя рядом, почти не отрывал от меня любящего взгляда, пока его родители наперебой травили байки о его детстве. Некоторые истории и правда были забавными, но я держалась предельно вежливо, допуская лишь широкую улыбку, с филигранной точностью лишь по звуку шевеления рядом определяя, как сильно моему рыцарю в некоторых частях этих историй становится неловко. И вот, когда на очередной истории, что так смаковали его родители, с большим удовольствием вспоминая их общее на троих прошлое ещё до развода, чувствую - это грань. Мой тайный муж сейчас либо сбежит от стыда, либо взорвётся от возмущения. С большой нежностью глажу его ладонь, лежащую на столе и беру в свои руки, заглядываю в лицо, одним выражением стараясь передать всю любовь, провожу пальцем по обручальному кольцу. Он целомудренно касается губами моего лба. Прикрываю глаза от удовольствия. Вокруг образуется безмолвный вакуум, и мы замираем.