- Понимаю. - моя мама кладёт свою ладонь поверх моих рук, - Ведь, Лайла тоже ведёт подобный образ жизни. Так что я не удивлена.
- Мы с Генри обсуждали это и продолжаем говорить на данную тему почти постоянно. Не переживай. Всё хорошо. Мы оба осознаём вероятные риски и морально подготовлены к ним. Эта жизнь - наш выбор. Просто Генри сделал свой гораздо раньше меня.
Каролин сжала мои ладони:
- Детка, ты прекрасно знаешь, что я тебе доверяю. И, если ты решила поехать с Генри в это турне, значит, давно всё обдумала. Я вижу твои старания и достижения и очень горжусь тобой.
- Спасибо, мам! - обнимаю её в порыве нежности.
- Лайла, - Элен тронула меня за плечо, - а ты говорила маме и папе, что тебя дважды номинировали "Грэмми"?
У Каролин весь молчаливый шок отразился на лице, стоило мне её отпустить.
- Предоставлю это удовольствие Антуану. - поворачиваюсь с хитрой улыбкой.
- Точно! - и свекровь отвечает таким же ехидным лицом, - Обожаю его выражение неверия, когда об этом заходит речь. - а потом шепчет для нас обеих, - Даже Генри немножко завидует!
И мы втроём заливисто хихикаем, будто родительницы разом скинули лет по двадцать и вернулись во времена, когда сами были задорными девчонками. Что ж, общие секретики объединяют женщин.
Снова происходит рокировка, и вот уже Генри зажат между мамами, меня от него отделяют Элен и Антуан. Мой благоверный периодически густо заливается краской до самых ушей, когда слышит достаточно откровенные вопросы, и бурчит через губу, отвечая на них же. С другой стороны от меня сейчас сидят папа и брат. И смотрят с восторгом, во все глаза, будто тоже станут пытать, насилуя мою психику неудобными вопросами. Но я, слава Деве Марии, ошиблась.
- Я правильно понимаю, что вы давно всё обсудили? - уточняет Альберт почти без юмора.
- Мы два с лишним месяца обрабатывали продюсера общими усилиями, чтобы Лайла могла поехать с нами. - серьёзно кивает Антуан, но тут же весело смеётся, - Там такая психологическая шахматная партия вышла - надо было видеть... У меня ассистентка в декрет родами ушла - раз! Меди весомо доказала свою невероятную полезность - два! Джей до истерики в лепёшку с глазками расшибается, мол, "Без своей балерины никуда не поеду! Гори эта Америка синим пламенем!" - три!..
- Ага, - киваю свёкру и продолжаю для брата с отцом, - а потом Дэвис превратился в хамелеона, слившегося цветом лица со стенами офиса Джея здесь, в Онфлёре, стоило мне высказаться по поводу его мнения о моих интеллектуальных способностях, когда контракт мне подсунул, который мы трое в глаза не видели. Хотел выставить меня глупой дурой! - фыркаю, скрестив руки на груди, - Пошёл он в задницу... пень глазастый!
Алекс тихо прыснул. Альберт поджал губы, чтобы не смеяться.
- Приходится отчаянно следить, чтобы наши дети окончательно не доломали мне продюсера. - свёкор ласково оттаскал меня за хвост на макушке, разворачивая лицом к себе, - Поняла, Медуза? Я не знаю, где достать второго настолько мягкотелого, которого вы с Генри будете вертеть так, как вам самим захочется!
- Учитывая Ваш личный бизнес-план, - пожимаю плечами, приподнимая открытые ладони, - через пару-тройку лет Генри сможет сам себя прекрасно продюсировать! Так что, таскать с собой дефибриллятор на крайний случай уже не так долго осталось...
Сначала все трое - Антуан, Альберт и Алекс - уставились на меня так, будто я сказала что-то совсем запредельно неприличное из матного словарика, потом переглянулись между собой. Брательник не выдержал первым и выдал шокированный, нервный смешок:
- Балеренция, это было слишком по-чёрному. Даже для меня - не сразу врубился! Пожалей психику наших родителей.
- О-о-о, - протянула я, округляя глаза, - это ты своего будущего шурина ещё плохо знаешь! Вот где тьма чернотой погоняется...
И тут слово вворачивает папа:
- А речь, между прочим, о звезде международного уровня!!! До сих пор не верится...
Нашу часть стола смело повальной истерикой в ноль. Что, что, а ляпнуть от души Альберт умел. И, самое потрясающее, всегда делал это ювелирно вовремя.
- Слушай, дочь, - говорит он сквозь смех и обнимает меня, - по моему, тебе нужно либо всё в этой жизни, либо совершенно ничего.
- Это - две крайности сложившейся ситуации! - шепчу отцу, от чего он продолжает смеяться и гладит меня по голове, покачивая из стороны в сторону, будто мне всё ещё пять лет, - Во всём есть свои плюсы!
- Мы с мамой будем очень скучать по тебе эти два месяца. - Альберт стискивает меня крепче.
- Знаю. - глажу родителя по спине, а сама ощущаю себя маленькой девочкой, которой всё ещё кажется: что бы ни случилось, её папа - самый сильный, - Я тоже буду скучать.