- Соблазни меня, виртуоз!
И выскочила из гримёрной, чтобы вприпрыжку рвануть к условной стартовой отметке за сценой с громким смехом. В главном техническом коридоре правда Генри меня нагнал и, схватив под мышку, с вредительским "м-ве-хе-хе" потащил брыкающуюся и визжащую "Балерину в чёрных пуантах" на сцену.
Музыканты Джея играют увертюру, пока в зале и на сцене всё ещё царит почти полная темнота. Срежиссированная сценография расписана до микрона секунд, но мы оба знаем её наизусть. Генри своим звучным голосом задаёт настроение всему залу, включая профессиональный микрофон-гарнитуру:
- ARE YOU READY?!..
И зал взрывается визгами и воплями. Даже боюсь представить, что там сейчас творится, в этом непроглядном мраке - волнующееся море рук, горящие глаза, жаждущие зрелищ люди... Как только барабанщик даёт отбивку и музыканты начинают играть вступление в кульминацию, начинается наш отсчёт. "Три, два, один..." - мысленно проговариваю для самой себя, чтобы в дальнейшем не выбиваться из ритма, пока родные, сильные руки уже делают хват, который мы отрабатывали три недели на спортивном настиле, чтобы не убились оба, пока будем на первых парах делать ошибки, падать и зарабатывать синяки. Хват, толчок, бросок... Вспышка огромного заднего экрана выхватывает наши фигуры всего на долю секунды, и в этот миг мы оба будто парим над настилом арьерсцены. Стоило выйти сегодня к зрителям только для этого мгновения, чтобы все увидели, как мы умеем вместе жить, летать, дышать.
Децибелы зрительного зала зашкалили, превратив крики в сплошную волну шума...
Нас накрыл невероятный энергетический драйв.
~*~*~*~
Пожалуй, идея режиссёра с паузой для меня где-то после сорока минут рок-мюзикла была самой лучшей за то время, пока мы готовились к этому выступлению. Это время было выделено для презентаций двух новых песен. И если "Вдали от наших грехов" была в моём личном плейлисте едва ли не на первом месте, то вот вторую я слышала лишь в "домашнем", черновом варианте, когда Антуан и Генри исполняли её на пару. Наш рок-айдол назвал её "Сияй для меня".
"Когда небо станет серым, а буря грянет громом -
Позови меня...
Время плавно ускользает, являя новый день.
Так спроси меня:
"Почему прошёл сквозь ненависть и горе?
Почему ощущаешь потерю?
Не страшись воспринять свои страхи всерьёз,
Повторяй, что сердцу верен..."
Сияй на избранном пути!
Сияй - звездой моей свети!
И если жизнь вдруг обратится мглой,
Я встану рядом, чтоб сиять вместе с тобой..."
Возможно, это глупо, но... стоя здесь, наблюдая за любимым мужчиной из-за тёмного полотна кулисы, я наконец когда-нибудь начну принимать, что это его личный способ выразить всё то, что творится в душе - через песню... Спасибо, Генри, что объяснил, как ты меня воспринимаешь. Те твои слова, когда мы провели чудесное ночное свидание на пляже, вдруг заиграли иначе: другими красками, другими эмоциями.
- Люблю. - шевелятся губы, но голос так и не звучит. Да и кто мой сиплый шёпот здесь услышит? Вся команда поголовно занята, пока меняет расположение огромных декораций сцены. На меня даже внимания никто не обращает. Девочка крохотная и тощая, скрывшаяся во мраке занавеса. Та девочка, что не может сейчас удержать свои эмоции в узде... Картинка перед глазами немного размылась.
Плакать не конструктивно. Не сейчас. С нижних ресниц сорвалась слезинка и потерялась в темноте за сценой. Чёрт..!
Песня закончилась. Генри повернул голову и посмотрел точно мне в глаза, будто знал где именно я нахожусь на каком-то подсознательном уровне. Очень нежно улыбнулся. Слёзы покатились по щекам, грозя смазать даже этот полностью водостойкий макияж. Возникло желание броситься ему на шею, заобнимать, зацеловать. Сдержалась. Вытерла слёзы и пошла на сцену работать. Обязательно попрошу, чтобы спел мне эту песню под акустику, спокойно, без вокальных "выпендров". Слушала бы бесконечно...
После презентации новых песен настало время для "Please forgive me" и "Семи дней", под которые мы завуалированно изобразили все наши страдания. "Джей" играл на гитаре и пел, а "Меди" выражала в движении всю свою боль и метания, танцевала, будто хотела разбиться. В самом конце я оказалась за его спиной, стоя на станканчиках и вытянувшись напряжённой струной, увидела краем глаза друзей за столиком VIP-зоны, наблюдающих за нами раскрыв рты. Остановилась, протянув руку, но не решаясь коснуться плеча. Генри в это время скинул ремешок гитары с плеч, убрал её на подставку. Тяжело вздохнул и обернулся, а я отстранилась, будто испуганная его резким движением. Cледующий миг - полумрак, моя ладонь двумя руками прижата к широкой груди, и лишь один прожектор освещает наши фигуры откуда-то с задника арьерсцены, демонстрируя зрителям наши застывшие силуэты. Крик зала превращается в один сплошной гул.