ли вместе с нами добиралась до Марса, наши информационные агентства устроили на земле настоящую истерию по поводу приближавшегося конца света. Они поработали на славу, убедив всех, что теперь только мы можем спасти хотя бы не всех, но часть населения. Людям предложили вкладывать свои деньги в проект переселения на Марс, была даже организована очередь и чем больше, вкладывал человек денег, тем быстрее он должен был, отправится с «гибнущей» планеты и обрести прекрасную и безопасную жизнь вдали от проблем умирающей цивилизации! Первые десять мест стоили ни много ни мало миллиард долларов каждое, причем расчет шёл, только в долларах. Но вскоре количество первых мест пришлось увеличить до тридцати, а ведь были и вторые, и третьи, и двадцатые… . Это был солидный приток средств в экономику пропагандистская машина работала как часы и приносила отличные результаты. Фактически эта станция уже не является международной, так как мы постепенно выкупаем сегменты станции за хорошие деньги, у стран, входивших в проект. Из всего этого становится ясно что теперь обратной дороги нет, как бы там не было, Марс должен быть колонизирован в течении ближайших десяти лет! Открытие ваше лишь затруднит эту работу, представляешь какую шумиху, поднимут наши оппоненты по всему миру, у нас и так хватает врагов в лицах организаций по борьбе с монополиями и глобализацией они непременно попытаются использовать эту информацию себе на пользу! Так как закон принятый всем миром сто лет назад гласит, что ни одно космическое тело, где были обнаружены следы жизни, не может быть колонизировано, если жизнь на нем была в прошлом до тех пор, пока не будет ясно, по каким причинам она исчезла. Тогда этот закон был лишь одним из множества, ненужных законов и ни кому не мешал, все были уверенны в стерильности Марса. Сейчас поток денег идущий от вкладчиков по всему миру, поддерживает экономику и нашу валюту, и нам ни за что, не позволят сейчас обнародовать результаты открытий и исследований, которые могут осложнить задачу по колонизации. Возможно потом, когда здесь будут жить люди, придёт время и для вашего открытия. — Закончил Рональд. — Ты променял науку на грязную политику! — Стивен тяжело вздохнул. — Науку создали политики, для себя, хочешь ты того, или нет, но так было, есть и будет! — Сказал Рон с расстановкой. — Эмми должна знать! — Хочешь ей рассказать? — Да. Попытаешься меня остановить? — Стивен поднялся из кресла и внимательно поглядел на Рональда. — Нет, не попытаюсь, делай что хочешь! — Рональд сделал вид, что ему всё равно. — Как только она, проснется, я расскажу ей всё! — Стивен стремительно вышел, из картографической. Рональд с тоской посмотрел ему в след, а когда двери закрылись за спиной Стива, тихо сказал: — Если ещё будет, кому, и, о чём рассказывать… Эмили открыла глаза, яркий свет солнца, сквозь незакрытые жалюзи на круглом окне модуля, бил прямо в глаза. Она поморщилась и села на кровати, пытаясь вспомнить, что с ней произошло. Последнее что она помнила, это то, как вдруг ощутила слабость и упала на песок. Больше ничего. В комнате кроме неё никого не было. Она узнала карантинный бокс. Рядом с кроватью лежал аккуратно сложенный белый комбинезон. Она встала с постели, оделась и подошла к двери. Как она и предполагала дверь была герметизирована и блокировалась, с наружи. — Хм! Значит я теперь пленница — Усмехнулась сама себе девушка, — наверно Рон и Стив, решили, что я заразна. Только теперь, она вспомнила, про инцидент, произошедший с ней в гробнице, она поглядела на свою руку, перевязанную бинтом. Пошевелила пальцами, затем всей кистью и не почувствовала боли. Эмми принялась снимать повязку. Но что это!? Рука была абсолютно здорова. Ни раны, ни шрама, вообще ничего. Как будто ей всё это просто приснилось! Но ведь повязку, кто-то наложил, очевидно, что это сделал Стивен, а раз так, значит, рана всё же была. И следы крови есть! Сколько же времени она здесь провела? Она поглядела на настенные часы. Стало ясно, что она пробыла в без сознательном состоянии, немногим более трех суток, всё равно этого времени слишком мало, что бы, даже такая небольшая рана, исчезла без следа. Возможно Рональд или Стивен ей, что-нибудь, разъяснят. Она нажала кнопку вызова и присела на край кровати. Первым за прозрачной стеной бокса отделявшей её от остальной лаборатории появился Рональд. Вид у него был крайне взволнованный. — Эмми! — Воскликнул он — Как ты себя чувствуешь!? Ты в порядке? — Глаза его блестели, а губы дрожали. — Как видишь я в порядке, где Стивен? — Волнение Рональда странным образом передавалось и ей. — Что? Ах Стивен, он у себя, разбирает камни которые вы привезли, возится с расшифровкой надписей и знаков… работы ему хватает! — Стивен не говорил мне, что кроме геологии, он ещё и лингвистикой занимается! — Брось Эмми, здесь полным, полно компьютеров и программ, составленных лучшими лингвистами всех времен и народов, так что совсем необязательно быть специалистом, чтобы загрузить тексты в машину. — Похоже, Рональд начинал понемногу приходить в себя. — Ладно, я шучу — С улыбкой проговорила Эмми — Это ты меня сюда заточил? — Я опасался, какой ни будь инфекции, скафандр потерял герметичность, я действовал по инструкции. — Справедливо. Ты делал мне анализ крови? — Да делал. — И что нашёл? — Эмили внимательно смотрела в лицо Рональда сквозь толстое стекло, а звуковой передатчик доносил до неё его неровное дыхание. — Ничего. Как будто всё в порядке. — Рональд отвёл взгляд. — Тогда выпусти меня. — Нет! — Почему же? — Спокойно спросила Эмми. — Я хотел, чтобы ты сама ещё раз всё проверила, моих познаний в области медицины явно недостаточно для таких сложных случаев. — Сложных!? Рональд ты, что-то, скрываешь? — Нет, но я, правда, не знаю, что с тобой произошло. Сделай анализы, а я, как только освобожусь, приду или свяжусь по видеофону… — Он резко повернулся и ушёл, оставив Эмми в недоумении, стоящую, у стекла. — Чем это ты интересно так занят? — Спросила Эмми сама себя. Она несколько раз попыталась вызвать Стивена, но тщетно. Его видеофон был, очевидно, отключен. Её это насторожило, с какой стати, Стиву понадобилось отключать связь? Делать было нечего, да и неясные опасения Рональда не давали ей покоя, она подошла к умывальнику, умыла лицо и подсев к микроскопу, взяла у себя кровь из вены. Разделив кровь на четыре равные порции, она приступила к исследованию. Первые две пробы ничего не показали. Всё было в порядке: гемоглобин, эритроциты, всё в норме. Никаких следов бактерий и заражений кровь была абсолютно чиста. Однако третья проба обнаружила в её крови остатки вируса. Она насторожилась, вирус был очень похож на тот, который был найден на костях! Эмми с дрожащими от волнения руками приступила к анализу ДНК. Пока образец готовился её волнение, постепенно усиливалось. Но вот компьютер выдал ответ, что проба готова, Эмми дрожащей рукой нажала кнопку ввода и застыла у монитора. На экране была чужая ДНК! Она не поверила своим глазам и сделала повторный запрос. Ошибки не было, ДНК на экране имело четыре цепи нуклеотидов, вместо положенных для всех земных организмов двух! Она откинулась на спинку кресла и задумалась. Волнение её постепенно затихало. Эмми взяла скальпель и провела им по ладони. Мгновенная боль обожгла руку и тут же прошла. Спустя две минуты кровь полностью свернулась, а через четыре минуты края раны зарубцевались. Эмили промыла руку под краном, и её взору предстал бледнеющий на глазах шрам! ...