Солидный шлепок утонченной женской ладони со скрытой силой ударил его по загривку. Этим воительница напомнила кобольду, что он тут всего лишь пленник, и в данный момент от него ждут применения тех самых «секретов», из-за которых ему и сохранили жизнь.
- Если умеешь лечить – лечи! – напомнила Белл. – У меня и моих Сестер мало времени.
Кобольд, надо отдать ему должное, все понял и приступил к делу. Предводительница с интересом за ним наблюдала. А кобольд тем временем подошел к одной девушке, потом к другой, третьей и так далее. Сперва он открывал одну склянку, капал оттуда на лоскут чистой ветоши, извлеченной из той же сумки, потом протирал раненой лицо, шею, место вокруг раны, затем аккуратно промывал из другой склянки саму рану, промокал новой ветошью, капал жидкостью из третьей склянки и, наконец, – давал понюхать резкий аромат жидкости из четвертой склянки.
Девушки приходили в себя, чихали или просто морщились, кашляли, протирали глаза. Раны не затягивались на глазах, как хотелось бы, но вот после того, как их заливали жидкостью, - белели, покрывались слоем белоснежной пены и словно бы подсыхали. Пропадали какие-то воспалившиеся было края, вспучившиеся участки кожи, затягивались небольшие порезы и ссадины.
Белл внимательно следила что и откуда использует кобольд. Подобное знание ей еще пригодится, если у нее будет такая сумка. Желательно еще одна. А лучше побольше. И полных.
- Ужасно, - сказала Тиш, как только пришла в себя. – Меня словно разрезали на двое.
- Что с тобой случилось? - спросил ее кобольд.
- Это тебя не касается, - напомнила Белл, выразительно глядя в глаза пленному.
- У нее очень странная рана, - покосился мужичек.
- Ты закончил? – вместо ответа задала вопрос предводительница.
- Д-да, - признался кобольд, представляя, что сейчас дурные бабы вполне могут его убить за ненадобностью.
Собственно, так и было. Белл оглядела выживших в своем небольшом отряде. Ей очень хотелось здесь все исследовать, ведь дугой возможности может уже не быть. В то же время надо было двигаться дальше, но куда? В ее отряде УЖЕ потери, а сохранить девчонок надо. Это самое важное, что следовало выполнить. Ведь они – это ее армия!
Стоны привлекли внимание девушки. Тела убитых мужичков зашевелились. Причем даже тех, кого она собственноручно добивала!
- Все, кто может держать оружие – готовность немедленная! – распорядилась она. - Собрать все трупы! Раненых, мертвых и ослабленных в центр! Мы возвращаемся домой.
Девушки моментально разобрались кто чем будет занят в строю – оборонять отряд, либо нести убитых, либо помогать идти раненым, - и собрались в некое подобие построения. Хотя как была толпа, так толпой и оставалась. Единственное, чем могла бы гордиться Зеленая Княжна – быстротой исполнения ее приказов.
- Куда идем? – спросила Тиш.
- А вот сейчас и узнаем, - приблизилась Белл к плененному кобольду. – Где выход на поверхность?!
В ее руке блеснуло лезвие ножа. Мужичек собрался, готовясь к смерти, которая случится раньше, чем появятся его товарищи.
- Чтобы попасть на поверхность, надо идти через коридоры в дальние склады, - признался он. – Но там заброшенные места. Мы на поверхность не ходили вот уже…
Мертвые кобольды начали шевелиться. Воительница явно услышала стоны и кряхтение. Шевеления уже было видно достаточно явно. Это несколько давило на нервы.
- Почему они «ожили»? – перебила она кобольда.
- Так они и не умирали! – признался мужичек.
Белл увидела, как Ала принялась убивать их заново, но это уже мало помогало. Воткнувшийся алертс в тело одного бедняги вызвало только еще больший стон. Предводительница могла поклясться, что выстрел пришелся в голову.
- Гнеис! – позвала Белл. – Уходим тем же путем!
Она собственноручно стянула одним из кушаков руки кобольда и ухватив за узлы дернула на себя. Тянуть мужчину ей не хватило бы сил, но расчет был не на это. Ей нужно было только, чтобы плененный знал, что от него хотят.
- Идти в Небесный Колодец!? – с толи спросил, толи крикнул мужичек. – Я не смею идти туда!!
Если предводительница и не знала, что значит фраза «глаза вылезли на лоб», то сейчас увидела это воочию. Кобольд и правда был напуган осознанием предстоящего. Чего доброго, запаникует и сделает что-либо неприятное.