- Профессионалов кроме тебя нет ни в чем, - вздохнула Лас. - Ты же знаешь. Но есть такие, кто более-менее владеют.
- Значит выбери из таких, - найдутся среди них блонда, брюна и рудя?
- Посмотрим, - решительно сказала Лас. - Скажи мне главное: когда должны быть готовы эти люди?
- Желательно к утру. Справишься?
- Возможно. Если начну прямо сейчас, то вероятно. В любом случае буду очень стараться.
- Надеюсь на тебя, - чуть улыбнулась Белл. - Что ж, если мы все решили, тогда встретимся завтра. Сообщи мне, как закончишь.
- Буду стараться, Зеленая Княжна.
***
На утро из Лагеря выехали на двух каретах сразу несколько девушек и мужчин. Лас не спала всю ночь, обошла всех девушек, кого приметила для такого поручения и посвятив их во все обстоятельства задания, нашла даже больше, чем того требовалось.
Дюк был очень доволен покинуть Лес и переехать в город. Трое девушек его радости не разделяли, но вот перспективу комфортно устроиться на новом месте, иметь все преимущества жизни на всем готовом, когда только ты сама себе хозяйка восприняли с некоторым восторгом.
Те, кто ехали за ними следом, город воспринимали с опаской. Но и они понимали всю важность данного поручения.
- Помните, Сестры, - напутствовала их предводительница, - вы не только мои "глаза" и "уши" в городской черте. От вас только будет зависеть - выживем мы в Лесу или нет. В каждом из вас я уверена и каждому из вас доверяю. Сделайте все возможное, чтобы не подвести меня!
Конечно же они обещали. После, они обнялись, попрощались и, погрузившись в карету, отправились в путь.
Белл долго еще смотрела, как пропадает в тени листвы удаляющийся транспорт.
Глава 22.
Весь день Белл провела в раздумьях.
- Он не придет, - сказала себе воительница. – Не придет и все.
Да, возможно, что-то случилось. Возможно, он попал в беду. Могло случиться все, что угодно. Таков свет. А свет бывает разным, как говорили старики в Школе Мечей. А раз он не вернется, значит и ждать его бессмысленно. Значит она свободна от клятв и обещаний, от всех запретов и просьб. И потому ни что так не успокоит ее жаждущую душу, как месть. Та, от которой она отказалась, в угоду просьбе охотника. Ведь он стал тем человеком, что заполнил собой ее пустоту внутри, затмил своим светом всю гниль, помешавшую ее судьбе сложиться иначе. Он – то Светило, что высушило внутренние слезы и та сила, что напоила ее и сделала более…
А потом он пропал. И все вернулось обратно с удвоенной мукой.
Вот почему Белл была готова снова бросить вызов самой судьбе и совершить что угодно, лишь бы оно дало хоть какой-то эффект. Потому что просто так жить, будто ничего не происходит – было невыносимо.
Охотницы в который раз возвращались ни с чем. Складывалось такое ощущение, что кареты вовсе перестали пересекать расстояние между городами по кратчайшему расстоянию. Потому было откровенно скучно. Ей. Другим-то, её волею, хватало работы.
А вот предводительница, озадачив почти весь Лагерь, который сильно уменьшился, отправив много Лесных Сестер в города, не знала за что еще взяться – все жило и без нее. Бывшие Неприкасаемые работали по мере своих сил: добывали глину, лепили посуду для Лагеря, рубили лес, обтесывали бревна для укрепления подземелья, заготавливали дрова для печей. Сестры все также ходили на охоту, производили вылазки в ближние и удаленные деревни и каменки, грабили редкие повозки, кареты и прочие транспорты, истребляли меховолков, стреляли летунов. Каждый вроде бы при деле, только она, Белл, не могла найти себя ни в чем. А если за что и бралась – все валилось из рук. А внутри разгоралось пламя.
- Он не придет, - говорила она себе.
А отвечало ей воспоминание того давно забытого дня. С чего бы он вообще появился в сознании? Вот только осознание того факта, что этот человек еще жив, начало сводить ее сума. И была в том только одна причина…
Охотник, который давно должен был уже вернуться, все не появлялся.
К концу дня к ней пришло решение.
Отряд собрался вокруг неё чуть только свет встающего где-то далеко на восходе светила едва разукрасил листву крон из холодно-зеленого цвета в салатовый.