Я глубоко вздохнул.
- Ты, главное, - наставительно сказал Курт, - не забывай её. Хорошая была девка. Таких больше нет. И вряд ли когда будут.
- Неужели нельзя было сидеть тихо и не высовываться?
- Нельзя. Все равно бы нашли рано или поздно. Она это знала. Потому и спешила.
- Что же теперь делать? – горестно спросил я, с трудом сдерживая предательски дрогнувший голос. – Мстить? Да я хоть сейчас готов штурмовать Альвегард! В одиночку!
- Нет! – неожиданно рявкнул хозяин дома, впервые повысив голос.
Я аж дернулся от неожиданности, а Курт закашлялся от собственного же выкрика.
- Нет, – повторил он уже намного тише. – Это глупо. Ты же знаешь - она не одобрила бы такое. Чтобы лезть в пекло, надо иметь хотя бы мизерный план действий. А главное – реальную цель! Простая месть не может быть целью. Это глупо! – повторил он. - А глупых мужчин она не любила.
- Что же тогда? – печально спросил я.
- Давай помянем, – предложил Курт. – Она того стОит.
Мы продолжили пить, и пили много. К утру оба плакали. Я просил у него прощения, он – клялся Ей в вечной верности, ругая последними словами судьбу и коря во всем бесову жизнь и общественные положения вещей.
Так мы и сидели, до самого утра, изредка обновляя стол новыми бутылками. Сидели и поминали. Пока не уснули прямо за столом.
Днем приехала Жослин, жена Курта. Она тоже кое-что рассказала из того, чего не знал сам Курт. Мы снова достали его пойло. Жослин не составила нам компанию, но и мешать не стала. Понятливая баба.
Днём я уехал.
Уехал, оставив в памяти моих друзей и товарищей, а главное – Её. Девушку, которая навсегда вошла в историю, как пример, как символ справедливости. Враг всех тех, кто упивается собственной безнаказанностью и вседозволенностью. Кто считает себя выше остальных и даже не помышляет о воздаянии.
Спросите, о ком это я?
Время неумолимо стирает воспоминания и лица. Но я сохранил ее в своей памяти под особым именем – Вирус Леса. Мой Вирус Леса. И больше ничей.
Глава 1.
** Посвящается Екатерине Юркиной, автору идеи **
Ты всего лишь игрушка в отцовских руках.
Не имеешь возможности в чём-то перечить…
Его голос – приказ. И опять впопыхах
Он решил твою жизнь навсегда искалечить…
(с) Катерина Аркис
Говорят, «возбудители болезни» зачастую селятся в пригодной для себя среде. При этом вытесняя всех подобных, чтобы владеть ею единолично. Лекари даже использовали это свойство для лечения сложных недугов. Они просто заражают организм хорошо знакомым им «возбудителем болезни». Затем ждут, когда тот уничтожит заболевание и займет главенствующую роль. А потом истребляют его заученными действиями.
Ведь если лечение болезни невозможно, то всегда можно использовать особое свойство заразы – уничтожать конкурентов. Все равно используемый «возбудитель» впоследствии будет уничтожен.
А если не будет?
Что если, эта зараза изменится и приспособится? Что если станет сильней и перестанет быть излечимой? И что если она станет реальной угрозой для больного, пусть даже и локально?
Возможно, в этом случае надо просто оставить её в покое…
Я расскажу тебе об одном человеке, которого однажды встретил в лесу. Человеке необычном и многообразном? Чего-чего, а образов у неё хватало. И одна круче другой. А если ты решишь разобраться в ней – сойдешь с ума от завихрений собственного мозга.
Звали её Белла. И по странной игре слов, было образовано то ли от "белка" – древнем зверьке, проживающем в лесу, то ли от растения «белладонна», что ядовито и коварно своим соком. Тоже, кстати, произрастающем всё в том же лесу. А в последствии её прозвали «Приторной Белл». На то была причина. И причина неприятная. Подруги же звали её «Зелёной Княжной». Но это после. Много после.
Сейчас же вернемся к самому началу.
Итак, имя. Да-да, как в девичьих сказках из древнего эпоса. Того самого, когда вампы были не как сейчас - восставшими из мертвых и сосущими кровь нежитью, а смазливыми юношами, терзаемыми муками любви. Оно было ей под стать. С какой стороны ни посмотри. И это если знать ее сложившийся характер.