Об одном только переживала Белл – в доме ее мужа не было свекра, не удалось посчитаться с главным персонажем ее ненависти. Кстати, свекрови не было тоже. Вообще, дом был на удивление пуст, хотя родни хватало. Были ведь там и всевозможные тетушки, также не лишенные пристрастий и вымещавших свои причуды на юных девочках при помощи кнута, розг и кожаных ремней, и всевозможные бабушки, любящие…, впрочем, к чему вспоминать? Всех их она с удовольствием бы сварила в одном большом котле. Желательно без воды и в собственном соку. Но вот только куда они делись? Хорошо бы узнать подробности. Однако душу грело, что свекр по возвращении увидел бы разграбленный тлеющий дом с изувеченным, лишенным разума, сынком. Но это как пойдет, вполне вероятно, что свекр просто добьет чадо и не примет к сердцу случившееся, обозлившись на таинственных расхитителей. С другой стороны – все же наследник…
Охотник отошел от своего недуга во второй половине третьего дня. Как он сам рассказал, поразила его магия Древних, причем столь великая, что он сам не способен оказался ее распознать.
- Поглотить поглотил, - признался он, - но вот понять и использовать – это с непривычки, сложно даже Охотнику за магией!
- Спасибо, что прикрыл, - ответила Белл. – Как бы то ни было, ты первый, кто хоть что-то для меня сделал.
- А как иначе, - сказал Охотник. – Обращайся.
И она обратилась. Ей стало интересно его обращение с мечем, все его хитрости и умения. Вот только учить ему ее было особо нечему – все навыки Охотника были тесно связаны с его приблудами, вживленными в тело парнишки. Но кое-чему он ее все же научил.
Они долго сидели у костра и говорили, говорили, говорили. Он что-то курил в своей трубке, отчего по лесу распространялся необычный, но такой приятный аромат. А на нее так много всего навалилось за последнее время…
Сама, не ожидая от себя такого, девушка расслабилась и дав себя обнять, почувствовала тепло его тела и силу его рук. Они словно стали «свои в доску» и перестали быть чужими. Их словно соединяли многие времена и потому совершенно не было тайн и условностей. Не помня, как и когда они поцеловались и ей это понравилось, а потом со всей нежностью и любовью сплелись воедино.
Проснулась Белл совершенно счастливой!
Костер давно потух, но выбираться из-под вороха одеял очень не хотелось. Она лишь потянулась и посильней прижалась к своему мужчине. Вставать не хотелось, вот только поспать ей не дали.
- Моооооооо-быыыыыыы!! – проорали с деревьев уже проснувшиеся и вооруженные, поднятые по тревоге сестры.
Белл вскочила, как ошпаренная. Метнуться за катаной и буквально нырнуть в теплую лесную куртку было делом пары мгновений для испытанного временем тренированного тела, но она все равно не успела.
На открытом месте, меж двух основных деревьев, прямо перед потухшим костром стоял монстр. Это был всего лишь мехослон, медлительный и неуклюжий, но то, что он намеревался сделать, не требовало не времени, ни усилий. Он по-видимому разогнался еще в чаще и потому двигался на удивление быстро, достигнув же лагеря – попросту промчался сквозь него, обрушив все свои четыре конечности на костер и лежанку возле него.
- Зараза! – вскрикнула Белл, но увидев, как тело ее мужчины хоть и покрытое кровью, но все же выползло из-под одеял, пришла в себя и решительно бросила: - Вот ведь бесов бастрюк!
Мужчина был жив, хотя и пострадал от колон-псевданог. Поняв это, Белл бросилась вдогонку. Ее распаляла жажда мести. Как посмела эта безмозглая животина покуситься на ее, только ее и ничье больше, самое дорогое, что она только вчера нашла на этом свете!?
Девушка быстро нагнала существо и, от души размахнувшись, вогнала Анатак в сочленения за псевдоголовой моба. Тот резко остановился, неуклюже развернулся, рывком сбрасывая теперь безоружную Белл и запрокинув половину туловища к небесам, угрожающе навис над девушкой своими ужасными передними конечностями.
Но в тот же миг над головой грохнули выстрелы. К счастью Лесные Сестры ценили свою предводительницу и не оставили ее без внимания, проводив, следуя за ней попятам, до места драки и вовремя оказав поддержку огнем.