У костра были не все девушки из ее банды, но, заслышав подобную речь, к огню потянулись и другие.
- Меня продали в покорное рабство - мужу, который меня не любил, который меня даже не воспринимал, как человека. Он запросто отдал меня своему отцу, друзьям и своим гостям, друзьям отца и друзьям их друзей! Я не была человеком для них – простой игрушкой для развлечения и похоти! А в лесу мы стали еще и предметом охоты для тварей, которые живут этим – охотой на нас! Так для чего мы льем слезы, сидя в подземелье?! Мы выйдем на свет и покажем им всем, что мы – женщины!! И мы – Силы!!
Она схватила ворох веток и с яростью швырнула в огонь. Сучья были сухие и пламя быстро охватило их, вздыбившись к потолку. Видя, какой эффект вызвало ее действие, Бэлл резко дернулась, закутывая себя в полы плаща и уселась поближе к костру, злая и недовольная, погруженная в свои мысли и раздумья.
- Меня продали в подарок молодому хозяину, когда его отец решил подготовить сына к женитьбе, - робко сказала одна из девушек. – Отец его очень старался научить сына, как спать надо спать со своей женой и быть достойным любовником. Но когда у него что-то не получалось, били меня.
- А я, - поднялась другая девушка, - была отдана старому графу за долги!
Она подошла и положила руку на плечо Бэлл.
- А меня держали на цепи в доме барона, за то, что не была отдана ему в постель в день своей свадьбы! – заговорила третья девушка.
У всех находились причины ненавидеть семью, феодалов, знать, своих отцов и просто богатых дельцов, купцов, дворян и даже аристократов. У каждой была своя история и каждая порой думала о мести.
- Меня изнасиловали пятеро дельцов, - кинула ветку в огонь еще одна девушка. – Отец узнал и выгнал из дома. А пока я бродила по улицам, меня подобрал молодой барон. Он привез меня в имение, поселил в отдельном домике, позволил умыться, переодеться, а когда я привела себя в порядок – меня пустили по кругу всей компанией, потом бросили в подвал.
- А меня похитили из отчего дома и посадили в мераг! – воскликнула другая девушка. – Уже много позже я узнала, что была отдана за долги!..
- А мою семью уничтожил соседний феодал, - мрачно проговорила следующая. – Всех мужчин убили, а меня сперва насиловали все знатные, потом рыцари, а потом бросили на поругание сержантам. Я чудом выжила… И все равно меня поймали и продали в наложение.
- А меня!..
- А меня!..
- А я…
Все девушки высказывались одна за другой. Все вспоминали свою боль и лишения. Чего уж проще – они никогда не смогут это забыть. И Бэлл понимала это.
- Мы отомстим всем и каждому! – пообещала она не очень громко, но твердо. – Мы составим список наших врагов. Кровавый список! И придем за каждым, кто бы он ни был! Но сначала надо вычистить всех тварей из леса, что мешают нам жить. А потом освободим всех, кого сможем. Еще много таких, какими были мы, томятся под гнетом Хозяина. Так быть не должно!
Глава 13.
На следующее утро мир изменился. По крайней мере в этом участке леса. Лесные Сестры выбрались на поверхность вооруженные, как считалось, до зубов.
Предводительница лично осмотрела всех и каждую. Ее нормой было иметь Кул, начлок с алертс'ами, охотничий нож, рубило или арбалетку, набор склянок с живым огнем, набор для связывания и подвешивания тушь к деревьям на высоте недоступной взгляду или другим животным, а также, чистое нательное белье, свежая одежда, кожаная броня и защита. Кто не проходил норму – шел переодеваться и вооружаться.
Наконец-то приехал Курт, а с ним пришло около дюжины человек. Все они были грязные, растрёпанные и малоразговорчивые. На вопросы Бэлл, ответил только сам плотник:
- Это неприкасаемые. Им некуда больше идти.
Предводительница знала, кто это. Увы, ей доводилось слышать о таких ранее. Люди часто пропадали в плен к лесным разбойникам, гулям или прочим выродкам, не имеющим с привычными горожанами ничего общего. В плену обычно не смотрели на чин и положение в обществе, пойманных, как правило, грабили, избивали, пытали, насиловали, а потом убивали и даже ели. Каннибализм не был чем-то из ряда вон.
После войн Древних, сразу после Большого взрыва на земле, пища как-то сразу пропала или пришла в негодность. Кто-то из выживших успел ею запастись, а кто-то - нет, и таких было большинство. Они-то и начали поедать себе подобных. Сначала трупы, а потом и свежеубитых.