- Что?! – весело спросила она. – Готовы дать бой мобам и отомстить за убитых лесом девушек?
Ей не ответили, но прокричали здравницу. Что-то вроде: «успеха старшей сестре!» или «здравия предводителю!». И только один голос выкрикнул: «Слава Зеленой Княжне!»
- Кто это сказал?! – резко обернулась она на голос.
Все молчали, озираясь. И только какая-то девочка с куклой в руках вышла вперед из стройных рядов охотниц.
- Слава Зеленой Княгине! – упрямо повторила она чуть менее громко.
- Кто такая эта твоя Зеленая Княгиня? – спросила Белл.
- Это такая легенда! Мне дедушка рассказывал! – сама себя перебивая начала рассказывать девчушка. – Про девушку, которая жила глубоко под землей и владела Магией! Правда, она была Красной, и вовсе не княжной, а королевой, но вас я вижу в лесу, а лес зеленый! И здесь вы настоящая госпожа! Даже настоящая королева! Но у вас нет короны… Зато вы главная! Вот я и решила, что Вы – Зеленая Княжна!..
Белл обескураженно улыбнулась и поглядела на Курта, а потом на охотника.
- А мне нравится! – сказал охотник. – Впечатляюще. Зеленая княжна! Правда пафосно как-то. Не находишь? – спросил он у плотника.
Тот отмахнулся.
- Много чести, а толку? – спросил Курт. – Армии у нас нет, а планов – завались. К чему громкие слова?
- К тому, что это вселяет гордость за предводителя! – довольно улыбнулся охотник. – Разве нет?
- Мне то все равно, - сказал плотник. – А что считает сама воительница?
Белл смутилась. Ей и самой, как-то не очень нравились такие прозвища. Впрочем, что она может о них знать? Ей не так часто их давали.
- Это все не важно, - сказала она, вспомнив, что вообще-то является здесь главной, а это накладывает некоторые обязанности. – Титулы и звания мы будем распределять после. А не До!
На этот раз Лесные Сестры были вооружены и готовы к бою. Белл нравилось, что теперь у нее есть сила. Ей готовили горшки в лагере неприкасаемые, они же наполняли их переработанной смолой и делали из них бомбы. А вот девушки шли за ней на бой.
После небольшого осмотра вооружения, амуниции и защиты предводительница осталась довольной своими сестрами. А потому более не найдя причин оставаться в лагере, она выступила на Большую охоту на мобов. Причинами ее нерешительности ранее было сожаление о не так давно случившейся потери ряда сестер. Один раз обжегшись, она медлила и опасалась начинать, но теперь-то чего еще ждать? Стоило рискнуть, и она рискнула.
Ее лесная армия, так давно наученная взбираться на деревья, бросилась карабкаться ввысь и достигнув мостиков, по которым они так грациозно научились бегать, понеслись по всем местам, отмеченным на недавно сделанным картам, с нанесенными на них местами лежбищ, выпаса и пребывания тварей. Мирно пасущиеся и подстригающие травы, а порой даже кустарники, своими могучими челюстями, ее не интересовали, как не интересовали и те, что обитали в глуши, буреломах и непроходимых оврагах, жрущие кору деревьев и подгнивающие ветви. Предметом ее интереса стали твари, заинтересованно поднимающие морды, учуяв живую человечину и неспешно следуя за ними по следу.
Однако Бэлл не спешила от них удаляться, она сама пришла за ними и жаждала их смерти. Потому приготовившись к атаке, подходила к отмеченным местам, едва приметив, что мобы находятся согласно указанных данных.
Первыми на ее пути попались именно меховолки. Эти серые твари хищно скалились, чувствуя добычу, и поворачивая морду в сторону охотниц, прикидывали угол атаки, случись у них такой шанс, и терпеливо выжидали приближения к ним людей. Однако девушки медленно и постепенно сползая с деревьев, не спешили спускаться совсем уж наземь. Они спускались и зависали над землей чуть выше той точки, куда могли допрыгнуть с разбега выбранные мобы. А потом закидывали их горшками-бомбами.
Хрупкая глина, выполненная именно так, чтобы стенки бились от легкого соприкосновения с преградой, в виде упругих шкур меховолков, разлеталась метко кинутая в цель. На этот раз кидали прямо в тварей, а не рядом с ними об деревья, это было не нужным. После же удара о моба, горшок разлетался на осколки и разбрызгивал покоящееся в нем вещество, вложенная в него и подожжённая заранее ветка или кусок тряпицы, воспламеняли жидкость и превращали моба в факел. Объятые пламенем твари, словно в ужасе, а на деле – гонимые скриптами инстинктов выживания, метались по лесу, пытаясь сбить огонь, да не тут-то было! И поверженные высоким теплом, они падали и затихали. После этого девушки расстреливали их рубилами или арбалетками, упражняясь в стрельбе, а порешив всю стаю или группу – спускались на землю и, предварительно потушив мобов, вязали их и подтягивали к мостикам в кронах деревьев.