- Как же называется ваша технология?
- О, она не наша. Ее придумали Древние. Мы пока даже не все поняли, хотя и исследуем. А называли они ее – Айца-Ренегер. Что значит "Перерождение"!
- Да уж...
- Не плохо?
- Более чем!
- Что ж, стараемся. Но еще столько надо изучить!..
- Скажите, поэтому вы в такой хорошей форме? Вы совсем молоды для Магистра Ордена и Настоятеля Обители!
- Верно, - ответил ей Грурих. - Я тоже прошел через обновление и возрождение. Но есть одна деталь. Мы так долго пытались ее обойти, но... до сих пор топчемся на месте.
- Значит даже у вас есть проблемы?
- Нет. У нас нет проблем.
Он указал на девушку в темно-зеленой чешуе. Бел проследила за жестом Магистра и увидела, что девушка вдруг дернулась. Веки ее дрогнули, и в следующий миг она распахнула глаза. Дивные темно-синие глаза. Красавица несколько раз моргнула и вдруг, осознав где находится, дико во все горло тонко и пронзительно заорала.
Белл отшатнулась, схватившись за уши. Крик был наполнен такой боль. И ужасом, что даже мысли в голове воительницы спутались. Захотелось врезать орущей дуре, чтоб только та заткнулась. Удержало от этого ее лишь то, что пришлось бы открывать уши. Но вместе с этим она вдруг ощутила, как на ее запястья опустились холодные металлические браслеты, застегнувшиеся с характерным щелчком.
Крик стих. Охотница открыла интуитивно закрывшиеся глаза и осмотрелась.
В камере по-прежнему была девушка в темно-зеленой чешуе, Магистр Грурих и какой-то монах, совсем не похожий на того, что сидел у входа. Изменилось только то, что на запястьях Белл появились металлические обручи, скованные меж собой цепью.
Она в недоумении посмотрела на Груриха.
- Нормальная реакция, - сказал тот. – После пробуждения все орут так, что уши закладывает. Это хорошо. Значит, организм полностью готов к следующему шагу.
Он обернулся к девушке, с которой незаметно стекала чешуя и просачивалась куда-то сквозь ложе. Красавица протянула руку Магистру, тот бережно взял ее в свои ладони и что-то осмотрел на тыльной стороне её ладони.
- Прекрасно, - заключил он, обращаясь к проснувшейся девушке. – Больше купайтесь в наших водоемах и грейтесь под лучами утреннего Светила. Ваш возрожденный организм должен освоиться с нашим воздухом. Но меня больше интересует ваш ответ на мой давешний вопрос.
Проснувшаяся внимательно посмотрела на Лесную Сестру и поманив к себе Магистра, что-то кратко сообщила ему на ухо.
- Что здесь происходит? – не поняла Белл. – Кто эта девушка и почему с ней на Вы?
- Я рад, - сказал Магистр Охотнице. – Нет, правда, рад, что это все, что вас интересует. Мне казалось вы начнете интересоваться другим.
- Вроде этих браслетов на моих руках? – кивнула Белл.
- Именно. Однако на этот вопрос я бы не дал вам удовлетворяющего ответа.
Стоящий с боку монах от души врезал Белл вподдых, от чего девушка сложилась было пополам, но Магистр поймал ее за подбородок и взглянул ей прямо в самую глубину ее глаз. Или скорее – ей так показалось. Потому что она тут же потеряла сознание.
- Что ж, - услышала она, отключаясь, голос Груриха, - сейчас сразу и приступим. Хорошо, когда не надо долго искать подходящее тело.
Пробуждение ее было явно нездоровым. Болело все. Но главное – она не могла свободно управлять руками и ногами, те были скованны.
С трудом абстрагируясь от боли, девушка огляделась. Ее тело было привязано к одному из тех столов, что она видела, проходя страшный зал вместе с Магистром.
Что он там плел ей по дороге? Не важно. Главным было то, что Бел пришла в себя. Значит время действовать.
Выгородка, где она находилась была такой же, как и все прочие. Прямо перед ней стоял стол с инструментами странной формы. Она видела уже нечто похожее в Школе, когда только появилась в ее стенах, и старательные лекари пытали ее тело подобными приспособами. Правда тогда они сделали ее тело лучше. По их мнению. Вот только пришлось пройти через боль. Сейчас же – ей грозило нечто похожее.
Что сказал Магистр той девушке? И кто она? Обращался он с ней не так, как, наверное, с прочими. Вон, женщины из соседней залы, вообще заточены в клетки, и вряд ли кто будет с ними так уважительно общаться. Правда с ней тоже Магистр был вежлив. И чем кончилось?