– Вы снова видите лишь червя, – наконец прошепелявил он.
– Я вижу только людей, которым вы причиняете боль!
Рахмани испытывал искренний гнев. Подумал об отчаянии, которое терзало его в течение минувших дней. Может быть, ударить его прямо здесь и сейчас бутылкой по голове и тем самым покончить со всем этим? Доктор вспомнил о Тико, о его автоматической винтовке, которую тот всегда носил с собой, и отказался от этой идеи.
– Я причиняю вам боль? – Свистящие звуки в его голосе стали отчетливее.
– Мне и этим девушкам!
– Вы ошибаетесь, милый мой. Это ваша гильдия причиняет девушкам боль. И не делайте вид, будто я говорю нечто удивительное для вас! Вы и вам подобные каждый день вскрывают женские груди и засовывают туда силиконовые подушки. Впрыскивают яд под кожу здоровому человеку. Удаляют плюсневые кости, чтобы пациентки могли ходить на высоких каблуках. Ломают молодым девушкам ноги, чтобы сделать их длиннее. С недавних пор вы кромсаете даже вагины. Это ведь ваша профессия – играть в бога и изменять природу. Разве ваши пациентки не испытывают боли после подобных операций? Сколько их умерло на операционном столе или позже, от осложнений, а, господин доктор Рахмани?
Произнося свою речь, старик поднялся и теперь стоял, склонившись над столом, так что Рахмани ощущал, как с каждым возмущенным словом на него летят брызги слюны. Несмотря на то что сознание его было замутнено алкоголем, он постепенно начал осознавать.
– Вы поэтому делаете все это, мистер Вейш? Из-за вашей жены?
– Не смейте говорить о ней! – Казалось, старик впервые утратил самообладание и проявил истинные чувства.
– У нее был нераспознанный порок сердца. Любой наркоз мог стать для нее последним. И по чистой случайности это произошло именно в нашей клинике! Это подтвердили все эксперты. Поэтому меня и оправдали!
– Я сказал, не смейте говорить о ней! – Старик Вейш смахнул стакан со стола, и тот со звоном раскололся на полу.
– Я не думаю, что ваша жена хотела бы этого! Этим вы ее не оживите!
Старик схватил бутылку, и Рахмани уже представил себе, как она разбивается об пол, но тут Вейш остановился. Словно в резком приступе боли, он замер и снова рухнул на свой стул. Поднес пустую бутылку прямо к лицу, чтобы рассмотреть вблизи лежащую на дне гусеницу.
– Верно. Ее уже не оживить, – произнес он и с грустью покачал головой. Из-за выпуклого бутылочного стекла его левый глаз казался вдвое больше. – Как вы думаете, гусениц убивают до того, как опустить в водку, или бросают их в бутылку живыми, чтобы они утонули в алкоголе, погибнув самым ужасным образом?
– Что? Понятия не имею.
– А если их убивают до того, то существует ли человек, который весь день только тем и занимается, что умерщвляет гусениц? Интересно, как он с этим справляется?
– Мистер Вейш, я не знаю. Но мне действительно кажется, что вам нужна помощь!
– Помощь?
Вейш осторожно поставил бутылку обратно на стол и посмотрел на него. В его глазах на короткий миг мелькнуло что-то вроде грусти. Затем в них вернулся прежний агрессивный блеск, на который Рахмани обратил внимание еще во время их первой встречи.
– Мне действительно нужна помощь, доктор. Причем именно ваша! – Он положил перед собой на стол два густо исписанных листа бумаги.
– Что это такое? – недоверчиво поинтересовался Рахмани.
– Прочтите!
Записки состояли из нескольких абзацев с пронумерованными заголовками. Рядом с каждым числом было написано слово «Мисс», а рядом с ним – название штата.
– Что это такое? – повторил он свой вопрос, хотя уже прекрасно знал ответ.
– План следующих операций. С сегодняшнего дня у нас будет по две операции в день. Нужно подойти к ним более творчески. Я разработал идею для каждой девушки, пытаясь учесть особенности ее физиогномики. Давайте постараемся подчеркнуть именно то, что считалось в них особенно прекрасным. Нам нужно… Как бы так выразиться? Нарисовать карикатуру. Понимаете? Очень важно, чтобы это получилось!
Доктор содрогнулся. Он бегло просмотрел написанный от руки текст, буквы сильно клонились вправо. От прочитанного по коже побежали мурашки.
– Вы больны, – выдавил он из себя. – Что все это значит? Зачем вы это делаете? Мстите за умершую жену? Хотите получить выкуп? Я думал, что вы – человек богатый. Или вам действительно нужно лишь уничтожить меня?
Вейш молча смотрел на него.
– Я все еще врач. Я давал клятву Гиппократа. Я не могу этого сделать. – Доктор вскочил, отшвырнув бумаги прочь. – Поступайте как хотите. Пожалуйста, можете разослать свое видео. Что в нем такого: я со спущенными штанами? Кому интересно, когда я этим занимаюсь? С меня довольно! Или вы собираетесь убить меня? Ну и пожалуйста, мне все равно! Лучше всего – прямо здесь и сейчас!