Только подойдя ближе, Хелен заметила рядом с собаками свою сумку, небрежно брошенную на пол. Широкая спина хозяина дома заслоняла от нее «Мону Лизу» из Прадо, стоявшую на мольберте.
– Да, ты прав, – произнес Патрик, похлопав Луи по плечу.
Ральф остался в дверном проеме позади них, словно по-прежнему думал, что она попытается сбежать.
– Мой отец надеется, что ты сможешь нам помочь. Справишься? – с тревогой спросил Патрик.
– Справлюсь! Но будет нелегко! – ответил Луи, почесав правой рукой затылок.
Хелен смотрела на картину, краски которой действительно казались еще более яркими, чем в музее, несмотря на слабое освещение в комнате.
– Что он может сделать? – спросила она.
– La bella parvenza, – вдруг раздался шепот. – Del male!
По спине ее побежали мурашки. Она поспешно отвела взгляд от картины, и жуткий голос тут же умолк.
– Лак! – радостно отозвался Луи. На нем были очки для чтения, из-за которых его широкий нос казался крошечным. – Лак! – повторил он, а затем вдруг запнулся. – Но простите мою невежливость. Разрешите предложить вам что-нибудь выпить?
Хелен поняла, что действительно очень хочет пить. Последний раз они останавливались у заправки несколько часов назад.
– Водопроводная вода стоит в графине там, на столике. Там же, если немного повезет, найдете чистый стаканчик. Впрочем, вам нужно срочно попробовать мой «Виноградник Монмартра»!
Топая ногами, Луи скрылся среди мольбертов и холстов. Хелен услышала звон. Вскоре он вернулся с бутылкой вина в одной руке и бокалами в другой – их он ловко держал за ножки.
– Полагаю, ваша горилла не пьет? – спросил он у Патрика и, не дожидаясь ответа, зубами вытащил из бутылки пробку, чтобы затем выплюнуть ее прямо на пол.
– Вот, возьмите! – протянул он Хелен один из бокалов. Она хотела было отказаться, но все же взяла его. Наверное, немного алкоголя ей не повредит.
Патрик тоже взял бокал.
– Вино производится здесь, на Монмартре. Наверное, вы видели виноградник, когда подъезжали к дому.
Значит, она не ошиблась.
– У нас выращивают двадцать семь различных сортов винограда. Никакой химии. Подпускаем к лозе только медь и серу. Попробуйте! – Он наполнил три бокала до краев и уставился на нее, ожидая одобрения.
Хелен сделала большой глоток и поморщилась. Вино было горьким и кислым. По реакции Патрика она поняла, что он испытывает примерно те же чувства.
Луи звонко расхохотался:
– Старая поговорка гласит: «C’est du vin de Montmartre. Qui en boit pinte en pisse quarte». В приблизительном переводе это означает: «Таково вино Монмартра. Кто выпьет стаканчик, помочится квартой!» Но это несправедливо по отношению к вину. Если привыкнешь к кислому вкусу, то начинаешь его ценить! – Луи залпом осушил свой бокал, налил еще и снова выпил вино одним глотком.
Поставив бутылку и стакан рядом с собой, он вытер руки.
– Что ж, сделаем из старой леди еще более старую!
Он наклонился и взял в руки жестяную банку, стоявшую под мольбертом.
– Я довольно долго экспериментировал. За минувшие недели я бывал в Лувре чаще, чем за последние несколько десятилетий. Толща бронированного стекла не облегчает задачу, но кажется, мне удалось получить нужную смесь.
Луи вынул из жестяной баночки широкую кисть, и, словно в доказательство его слов, с ее щетинок обратно в сосуд закапала коричневатая жидкость.
– Смущает меня только большая трещина, да и времени у нас маловато. Ну да ладно, примемся за дело! – Он повернулся к картине и начал широкими мазками распределять жидкость из баночки по ее поверхности.
– Что вы делаете? – ужаснулась Хелен, пролив при этом немного вина из своего все еще полного бокала.
– Лак представляет самую большую проблему для того, кто захочет подменить картину, – вмешался Патрик. – Луи попытается сделать «Мону Лизу» из Прадо как можно более похожей на «Мону Лизу» из Лувра.
– Подменить?
– Завтра, исследуя картину, вы замените одну «Джоконду» на другую.
– Да вы с ума сошли! – вырвалось у Хелен. – У меня просто не получится!
– Нет, получится.
– И как я пронесу эту картину внутрь?
– Точно так же, как мы вынесли ее из музея Прадо. В своей сумке!
– На этот раз меня будут проверять! Кроме того, я вряд ли останусь наедине с подлинником «Моны Лизы».
– У нас есть союзники. Поверьте мне, все будет хорошо.
– «Мона Лиза» из Прадо выглядит совсем иначе! Подмену заметят сразу же.
– Поэтому мы здесь. Луи – мастер своего дела. Прозрачный лак, который он нанесет на картину, лишит ее красок и сделает похожей на более матовый оригинал.