Слизь подтянулась ещё, и мы сбросили оцепенение, тут же начав поливать противника огнём, и отходить назад. Выстрелы не наносили ему никакого вреда, даже не замедлили. Уходя от напирающего Биркина, мы отошли во второй вагон, начав бежать к первому, когда за нами вновь раздался скрежет отрываемой двери. Его ничто не останавливает на пути.
Как же его убить? Даже если мы оставим его в тоннеле, он продолжит изменяться… Если только его не успокоит взрыв, что должен случится примерно через минуту. Открыв дверь вагона, я нашел механизм соединения, чтобы отсоединить вагоны. Леон сразу понял, что я хочу делать, и встал в центре вагона, стараясь отстреливать щупальца слизи, чтобы хоть немного того замедлить. Ручку заело на пол пути, и начал обрушивать на неё удары ногой. Осталось ведь со всем чуть-чуть!
Звук падения и короткий голос Леона отвлёк меня. Оказалось, что он не успел увернуться от удара, или попался, прикрывая меня, и оказался на земле, а второе щупальце поймало его за ногу, тянув к основному телу. Отбегая от механизма, ринулся к Леону, уворачиваясь от щупалец. Ударом арматуры перебил толстое щупальце, держащее Кеннеди за ногу, и оттянул его подальше, спасая от удара сверху.
Та самая корка плоти, за которым был глаз, медленно открылась, обнажая рот, полный острых как бритва зубов. Тот уже явно готовился сделать резкий бросок вперёд, намереваясь поглотить нас, когда новые выстрелы заставили его затормозить. Клэр, словно дева войны, пришла и спасла нас, атаковав противника.
— Скорее сюда! — раздался её крик, и новые очереди пуль стали лететь в слизь и его щупальца.
Поднявшись с пола, мы оба ринулись к ней. Слизь, явно раздражённый тем, что его цели уходят, всё же сделал резкий рывок, почти нагнав нас. До взрыва оставалось меньше тридцати секунд.
Ярость начала накрывать меня. Вся усталость и боль мгновенно пропали, а мышцы налились силой. Поднявшись на ноги, я с громким рыком рванул вперёд к Биркину, краем глаза отмечая, что Клэр смогла активировать механизм соединения, и воткнул арматуру прямо в мутированный глаз. Брызнула гнойная жидкость, тело монстра сильно затрясло. Оружие воткнулось лишь на треть, на большее сил не хватало, словно из-за плотности слизи.
— Да подавись ты уже наконец! — заорал, пытаясь вогнать арматуру ещё глубже, когда ко мне присоединился Леон и Клэр.
В шесть рук, мы вонзили семидесятисантиметровый стальной прут больше чем на половину, когда появился результат. Слизь стала издавать странные звуки и свист, которых никогда ранее мы не слышали, щупальца почернели, а тело монстра начало сжимать, продолжая разбрызгиват гнойную жидкость. Оторвав руки от арматуры, мы мигом прыгнули в следующий вагон, падая на металлический пол. Поезд стремительно уезжал от останавливающегося вагона, а механический голос отсчитал последние три секунды и замолчал. Вначале была тишина, единственными звуками был шум поезда и наше тяжёлое дыхание. А затем последовал взрыв, постепенно нарастающий и бивший по ушам, становясь нестерпимо громким. По глазам ударил яркий свет. Столб огня на огромной скорости шёл по тоннелю, словно голодное животное поглощая всё на своём пути и намереваясь добраться до нас, но поезд продолжал идти, постепенно увеличивая разрыв между нами. Потом всё внезапно затихло. Мы были живы.
— Ну как тебе первый день на работе, новичок? — хриплым от усталости голосом спросил у лежащего рядом Кеннеди.
— Ужасно. И я требую повышения, — также хрипло ответили мне, с усмешкой на лице.
Я позволил себе легкий смешок, после чего залился в громком смехе. Следом за мной засмеялись Клэр и Леон. Поезд продолжал мчаться сквозь темноту, но впереди был рассвет, и мы были живы. Чувствовали мы себя хорошо.
***
28 сентября. 06:48. Граница города.
Над Раккун-Сити возносился чёрный столб дыма, словно унося в небо души умерших в этом городе. К границе города усталым шагом двигалось пять человек, двое из которых являлись полицейскими. Грязные, в крови и бинтах, но тем не менее, живые.
— Скорее бы добраться до душа, — произнесла молодая девушка. — Хочется смыть с себя всю эту грязь.
— И заодно постирать одежду, — ответил ей молодой офицер. — Хотя думаю, от этого запаха я не избавлюсь ещё очень долго.
Девушка чуть улыбнулась, слабо толкнув офицера в плечо. Тот в ответ тоже слабо улыбнулся, осмотрев остальных. Шерри, вместе со своей матерью шли чуть позади. Нога Аннет не была сломана, но подвернула она её достаточно сильно. Правда сейчас, после обезболивающего и небольшого отдыха, она могла идти сама, не желая обременять полицейских. И только сейчас Кеннеди заметил, что одного человека не хватает рядом с ними. Второй офицер стоял на расстоянии, повернувшись лицом в сторону города.