Вэйлинь посмотрела на царапину. Посмотрела Лю Хао в глаза через два слоя стекла.
— Аварийный протокол, — произнесла она. — Сейчас.
Она нажала красную кнопку на стене. Завыла сирена. Вентиляция переключилась в режим максимального отрицательного давления. Все двери лаборатории заблокировались. На пост охраны и в кабинет директора института ушёл автоматический сигнал.
Дальше всё происходило по регламенту. Деконтаминационный душ. Семь минут под химическим раствором. Снятие скафандров в обратном порядке, слой за слоем. Осмотр кожных покровов Лю Хао. На левой руке, на тыльной стороне ладони, между большим и указательным пальцами, обнаружилась маленькая ссадина, старая, подсохшая, оставшаяся, как он потом объяснил, от домашней кошки. Ссадина находилась именно под повреждённым участком перчатки.
Вэйлинь стояла в раздевалке, уже без скафандра, в хирургическом костюме, и смотрела на эту ссадину, этот крохотный дефект кожного барьера, и мир вокруг неё медленно менял очертания, будто кто-то вращал калейдоскоп, складывая из привычных фрагментов новый, непоправимый узор.
Лю Хао поместили в изолятор на территории института. Герметичный бокс с отрицательным давлением, камера наблюдения, интерком. Ему взяли кровь на ПЦР. Результат пришёл через четыре часа, отрицательный. Это ничего не значило. Инкубационный период мог составлять до сорока восьми часов, и вирусная нагрузка в крови на ранней стадии могла оставаться ниже порога детекции.
Через двенадцать часов повторный тест дал слабоположительный результат. Ct-value тридцать четыре, почти на границе, но положительный.
Через двадцать часов Лю Хао пожаловался на головную боль и першение в горле.
Через тридцать два часа температура поднялась до тридцати девяти и двух.
Через сорок часов он начал кашлять. Сухой, лающий кашель, от которого трескались сосуды в белках глаз.
Вэйлинь не отходила от монитора. Она смотрела, как её аспирант, её ученик, мальчишка, который три недели назад принёс ей домашние пирожки с бататом, потому что она пропустила обед, задыхается в стерильном боксе, и делала записи. Делала записи, потому что не могла сделать ничего другого. Противовирусных препаратов с доказанной эффективностью против Архонта не существовало. Ремдесивир попробовали, молнупиравир попробовали. Эффект, судя по динамике вирусной нагрузки, равнялся нулю. Вирус размножался с такой скоростью, которая подавляла любые попытки фармакологического контроля.
Через пятьдесят шесть часов после предполагаемого момента заражения Лю Хао скончался от полиорганной недостаточности на фоне ДВС-синдрома. Ему вводили гепарин, переливали свежезамороженную плазму и тромбоконцентрат, поддерживали на ИВЛ. Ничего не помогло. Кровь сочилась из дёсен, из носа, из мест установки катетеров. Экран монитора, на который Вэйлинь смотрела неотрывно, показал асистолию в четыре часа семнадцать минут утра. Она закрыла глаза. Открыла. Экран не изменился.
Следующие двадцать четыре часа прошли в режиме, который регламент определял как «биологическая изоляция уровня альфа». Институт заблокирован. Все сотрудники минус четвёртого уровня, контактировавшие с Лю Хао, помещены в карантин. Вэйлинь сидела в своём боксе, сдавала кровь каждые шесть часов и ждала. Её тесты оставались отрицательными. Скафандр выдержал.
А потом выяснилось, что Лю Хао, прежде чем он почувствовал первые симптомы, выходил из здания. Обычный недосмотр. Это случилось через четырнадцать часов после инцидента, в перерыве между забором крови, когда его первый тест ещё показывал отрицательный результат. Он вышел в административный корпус, чтобы забрать телефон из шкафчика. Охрана пропустила его по банальной ошибке. Прошёл по коридору, зашёл в общий туалет, постоял у автомата с кофе, перекинулся парой слов с охранником и лаборанткой из отдела бактериологии. Потом вернулся в изолятор. Он чувствовал себя нормально. Он не кашлял. Он не чихал. Но вирус уже размножался в эпителии его носоглотки, и с каждым выдохом в воздух попадали микроскопические аэрозольные частицы, несущие Архонта.
Охранник. Лаборантка. Дверные ручки. Кнопки кофейного автомата. Кран в туалете. Да и много чего другого.