* * * * * * * * * *
Доктор вышел из палатки, превращённой им в операционную, с трудом стащил он с рук залитые кровью резиновые перчатки и бросил их на внушительную кучу мусора, состоявшую из испачканных кровью тряпок, бинтов и каких-то пакетов с таким же кровавым мусором. «Надо это сжечь, как можно скорее» – на автомате подумал он. Это была уже десятая ампутация за сегодняшний день и все эти раскрошенные, изувеченные руки и ноги слиплись, в его сознании, в однообразный кровавый ком. Он не спал уже вторые сутки, транквилизаторы больше не помогали и сейчас его единственной целью, было найти какой-нибудь укромный уголок и поспать хотя бы три-четыре часа. С трудом волоча ноги, он прошёл мимо палаток, в которых лежали раненные, обогнул полуразрушенную стену высотного дома, под защитой которой они стояли, и углубился в развалины, подыскивая место, где мог бы прилечь. Было довольно холодно, но холода он не чувствовал, усталость притупила все остальные его ощущения до такой степени, что он даже сам удивлялся этому. И вот когда он уже совсем собирался остановиться и прилечь, он наткнулся на согнутую, сжавшуюся фигуру, которая сгорбившись, сидела под нависающим над ней обломком бетонного блока. Вначале ему показалось, что это ребёнок, девочка, но приглядевшись, он с удивлением узнал, Волчицу Роксану, которая так поразила его воображение, во время недавнего сражения. Стоило ему прикрыть глаза, как он сейчас же видел перед собой прекрасную девушку, сидевшую верхом на огромном белом волке. Тогда она показалась ему похожей на воительницу – амазонку, с безжалостной, демонической улыбкой уничтожающую своих врагов, но сейчас перед ним была только жалкая, сломленная девочка-подросток. Роксана подняла на доктора заплаканные глаза, в которых было столько боли, что сердце его невольно сжалось. Он заметил с правой стороны её живота, тёмно-бурое пятно запёкшейся крови.
– Ты Роксана? – спросил он.
Девушка кивнула.
– Где твои волки?
– Я прогнала их. Не могу их видеть сейчас, – тихо отвечала она.
– Что с тобой? Ты ранена? – мягко спросил доктор.
– Вы же доктор? Можете сказать, что мне теперь делать? – она посмотрела на него снизу вверх, мокрыми от слёз глазами.
– Я убила своего братика! Моего Аято! – сдерживая рыдания, повторила она.
– Я помню, как держалась за его палец, когда мы гуляли вместе!
Доктор молча смотрел на неё некоторое время, потом он опустился перед Роксаной на колени, осторожно обнял её и девушка разрыдалась, уткнувшись ему в плечо. По тому как вздрогнуло её маленькое тело, когда он притянул её к себе доктор понял, что она серьёзно ранена.
– Пойдём со мной, твою рану нужно обработать! – ласково сказал он.
* * * * * * * * * *
Роксана сидела на операционном столе, задрав свою солдатскую, не по размеру футболку зелёного защитного цвета. Всё время пока доктор зашивал её рану, она не проронила не единого стона, и во взгляде её больших тёмных глаз читалось пытливое любопытство, какое можно увидеть лишь в глазах ребёнка. Пальцы доктора были ловкими, тёплыми, руки сильными и ей и, правда, было почти не больно. Он так нежно прикасался к её коже, что мурашки невольно побежали по её спине. «Он же старик! Просто старик!» – подумала она, время от времени бросая на него мимолётные взгляды. Однако она заметила, что доктор, то и дело, как бы невзначай, пялится на её вздымающуюся под футболкой грудь. «Он точно лоликонщик!» – с уверенностью подумала Роксана, краснея. Наконец он закончил, и девушка поспешно спрыгнула со стола и начала одеваться.