– Я был подростком, я жил в большой деревне, наши соседи напали на нас, убили всех мужчин, в том числе моего отца, забрали девочек и женщин. Моя мать спрятала меня, когда подожгли деревню, я долго не решался вылезти. Мне было очень страшно, я не хотел умирать! Когда решилась выбираться, было уже поздно! Чудо что жив остался! – вдруг сказал он неожиданно даже для себя самого.
– Твоя мама? – тихо спросила Миа.
– Я больше не видел её! Спи давай! – он сам не знал почему им вдруг овладело раздражение, может быть потому, что он почувствовал жалость в её словах.
Со своего места Миа видела только не обезображенную огнём половину его лица, положительно, он был хорош собой, и ей от чего-то стало тепло на сердце и спокойно, она сама не заметила, как заснула.
Проснулась она от того, что Ниджи тряхнул её за плечо, что-то в его лице напугало её, она сразу поняла, что случилось что-то плохое.
– У нас проблемы! – он сунул ей пистолет.
– Здесь три патрона! Если кто-то откроет дверь в машину – стреляй! Но если меня убьют, даже не думай сопротивляться! Они не убивают женщин без нужды! Ты снова станешь рабыней, но не умрёшь по крайней мере!
– Что?
– Ты меня поняла?
– Да! – отвечала она рассеяно, ещё не придя в себя полностью.
– Ты умеешь им пользоваться?
Миа кивнула.
– Отлично!
Ниджи вытащил из-под сиденья огромный мачете, больше похожий на широкий изогнутый меч, достал обрез двуствольного ружья, проверил, патрон был только в одном стволе. Тяжело вздохнув, он открыл дверь и поставил ногу на землю.
– Ниджи! – Миа вцепилась в его рукав.
– Сиди в машине! – проговорил он сквозь зубы, голос его прозвучал глухо и страшно, Миа невольно выпустила рукав его куртки, и он вышел на улицу и захлопнул за собой дверцу машины с такой силой, что она закачалась из стороны в сторону. Уже почти рассвело, над дорогой стелился туман, дождь почти прекратился и Миа увидела их. Вначале смутные контуры всадников и вот они уже окружили Ниджи стоявшего на дороге перед машиной чуть разведя в стороны готовые к бою руки и словно закрывая её собой. Миа сжала до боли в руках рукоять пистолета, в горле её стало сухо, больно глотать, сердце бешено стучало. Всадников было четверо, потом Миа увидела ещё одного, лица их были закрыты масками символизирующими демонов, довольно, впрочем, грубо и не искусно сделанных. С высоты своих коней они внимательно рассматривали Ниджи.
– Это Палёный Ниджи! – сказал, наконец, один из бандитов, ни к кому не обращаясь.
– Ты купил очень дорогую рабыню в Аркане! Отдай её нам, и мы отпустим тебя, Палёный Ниджи! – сказал другой.
Ниджи молчал.
– Ну что скажешь?
– Вы ребята знаете меня! Я Палёный Ниджи! Как минимум двух, а может быть, и трёх из вас я отправлю в Ад! А если повезёт, то и всех вас положу! – спокойно отвечал им Ниджи, и сплюнул на дорогу с самым равнодушным видом, хотя сердце его казалось готово было выскочить из груди. С удивлением он осознал, что никогда ещё так не хотел жить как в эту минуту.
– Ты нам угрожаешь? Ты что дурак? Собираешься рисковать жизнью ради глупой давалки?
– В машине нет рабыни! Там сидит моя женщина и я буду защищать её пока жив!
– Слушай, Киро-кун, возможно наш информатор ошибся! Если она свободная женщина, то у нас могут быть проблемы! Да и её родственники…
– Заткнись! И не называй меня по имени! – раздражённо оборвал его всадник, который по всей видимости был у них главным.
– Я вижу вы нормальные ребята! Я понимаю, что вам захотелось срубить деньжат! Но вы ошиблись и вам лучше убраться отсюда! – Ниджи решил пойти напролом. «У них катаны, застрелю главаря, прямого удара с моим куском железа, их крутые клинки не выдержат!» – судорожно думал Ниджи. Главарь внимательно посмотрел на него, из-под маски глаза его показались Ниджи глазами зверя, глазами, которые он один раз видел у попавшего в западню волка. Большим пальцем Ниджи сдвинул рычажок предохранителя, он со всей очевидностью осознал, что от этого его единственного выстрела зависит его и Миа жизни. С ужасом, он подумал о том, что старый патрон может дать осечку. Пауза затянулась. Для Ниджи она продолжалась целую вечность, хотя на самом деле прошло всего лишь несколько секунд. Главарь тронул поводья своего коня, развернулся и поехал прочь, остальные бандиты двинулись вслед за ним. Не веря своей удачи, Ниджи не спускал с них глаз, пока они не скрылись в темневшем впереди подлеске. Когда он вернулся в машину и тяжело влез на водительское сиденье, испарина выступила у него на лбу, сердце бешено колотилось в висках. «Я узнал его, его зовут Гичи! Он страшный! Я ему не ровня! Это просто чудо, что мы уцелели!» – подумал он, с запоздалым ужасом.