– Ну вот! Повезло! – сказал он, с трудом переводя дух и делая большие паузы между словами.
Миа сидела скрючившись на заднем сиденье, уперевшись лбом в спинку переднего кресла.
– Почему ты не отдал меня им? Они ведь пришли за мной! Почему? – тихо спросила она, прерывающимся голосом.
– Ну, я за тебя большие деньги заплатил! Не привык я так легко с добром расставаться! – сконфуженно промямлил Ниджи.
– Дурак! Дурак! Тебя ведь убить могли! Зачем ты рисковал ради меня? Молчи! Я ведь «производитель»! Ты же уже понял это! Больше года, в этом борделе, я изо всех сил стремилась сохранить себя, сохранить свой разум! Ты не представляешь, как это было тяжело! Несколько раз я была почти на грани! Я полукровка, но я не знаю своего отца. Моя мать тоже продержалась долго, она научила меня читать, но и она сломалась! Она превратилась в животное, которое даже не узнавало меня! Ниджи, я ведь вижу, что нравлюсь тебе! Неужели ты готов связаться с такой, как я?
– Миа, ты удивительная! Ты мне очень нравишься! – губы его пересохли и с трудом шевелились, но он всё же смог сказать ей это.
– Ниджи, ты дурак! Едва я увидела тебя, я поняла, что принадлежу тебе навсегда! Моё сучье нутро сжималось, когда я глядела на тебя! Когда слышала звук твоего голоса! Ниджи, прими меня! Умоляю! Я буду тебе хорошей женой! Я никогда… – Миа бросила пистолет и прежде чем он успел ответить, она уже перелезла к нему на переднее сиденье и расстёгивала его брюки сидя у него между ног.
– Они говорили, что я плоха! Они просто не знали меня настоящую! Ниджи! – она посмотрела на него снизу вверх, щёки её раскраснелись, глаза блестели.
– О-о! Я, конечно, должна говорить, что у тебя большой, потому что мужчины хотят это слышать, но твой размер действительно впечатляет!
– Миа, что ты делаешь?! Я грязный! – простонал Ниджи, но она уже не отвечала ему, её голова ритмично двигалась между его ног.
– Миа, не надо! Миа! – застонал он. Облизывая губы, она оседлала его колени.
– Ты всё ещё возбуждён! Тебя не так просто удовлетворить!
Ниджи жадно смотрел на её лицо, всё оно изменилось, глаза блестели, Миа то и дело облизывала губы кончиком розового языка. Ему стало страшно и она заметила это и остановилась тяжело дыша.
– Тебе страшно, Ниджи? Видишь, каждый раз когда мы будем заниматься любовью, ты будешь думать о том не съехала ли у меня уже крыша! – она сильно побледнела.
– Вот и всё! – с тоской проговорила она и попыталась встать с его коленей, но не пустил её. Схватив Миа за талию своим сильными руками, он почти насильно заставил её продолжать.
– Дурак! Подонок! – Миа ругалась, не делая впрочем, попыток освободиться из его объятий. Щёки её опять раскраснелись.
– Господи, как же хорошо! – простонала она.
– Я кончаю!
Откинувшись на рулевое колесо, она тяжело дышала, грудь её вздымалась.
– Миа, я люблю тебя! – она поднялась, обвила руками его шею и прижалась своими сладкими губами к его губам.
– Обещай мне одну вещь, Ниджи! – проговорила она, отстраняясь и глядя ему в глаза своими тёмно синими, глазами.
– Если…, вернее когда я потеряю себя, не позволяй мне трахаться с другими мужчинами! Запри меня в доме! Посади меня на цепь, чтобы я всегда была только твоей! Ты мне обещаешь?
– Я обещаю, что никогда не отпущу тебя! – серьёзно отвечал он.
Миа засмеялась и закрыла лицо руками.
– Какой же ты всё-таки дурак! Я люблю тебя Ниджи! Я что плачу?! Ниджи я так испугалась! Я совсем не умею пользоваться пистолетом! Я его только издали видела!
– Но ты же сказала… – растерянно пробормотал Ниджи.
– Прости!
Он обнял и прижал к себе её вздрагивающие от рыданий плечи. Уже совсем рассвело и всю дорогу, расстилавшуюся перед ними залило ярким солнечным светом.
* * * * * * * * * *
– Машина уже старая, да и солярку всё сложнее доставать! – пожилой крестьянин, прохаживался вокруг машины, сосредоточенно почёсывая затылок.
Ниджи молчал, стараясь придать своему лицу непроницаемое, равнодушное выражение.
– С другой стороны, этот дом мне всё равно не нужен! – продолжал диалог сам с собой пожилой мужчина.
– Ниджи-сан, почему Вы продаёте машину? – вдруг спросил он поворачиваясь и глядя ему в глаза.
– Ваш дом, стоит на границе моего участка, – спокойно отвечал ему Ниджи, не отводя взгляда.
– Мой ребёнок не должен родиться в хлеву!
– Что ж, вот как! Вас можно поздравить! Тогда по рукам!
Они пожали руки друг другу. Когда Ниджи вернулся в свой маленький домик, почти терявшийся между хозяйственными постройками, Миа подняла голову, приподнимаясь на постели.
– Где ты был? – спросила она, протирая сонные глаза.