– Сэт, душка, люблю тебя…
Он закрыл глаза, впитывая её запах, поглощая его, стремясь запомнить его навсегда. Можно было ещё немного поспать.
* * * * * * * * * *
– Сэт, что ты делаешь?
На треснутом экране смартфона Рица сидит на постели, закутавшись в пёстрое одеяло, из-под которого видны только её плечи.
– Я тебя снимаю, твоё изображение будет теперь сохранено внутри этой штуки.
– Правда? – она недоверчиво улыбается.
– Дай посмотреть!
– Сейчас. Чёрт, аккумулятор садиться!
Экран чернеет, последнее, что ещё можно услышать, это звонкий смех Рицы.
* * * * * * * * * *
– Сэт!
– Да, любимая!
– Ты же служил в разведкорпусе?
Пока Рино сидел на корточках, ковыряясь с непослушным картофелем, Рица высунула обнажённую ногу из-под одеяла и начала гладить его спину слегка касаясь его кожи, кончиками своих нежных пальцев.
– Ты знаешь, – неохотно отвечал Сэт, не поворачивая головы.
– Скажи, как меня называли у вас в корпусе? Наверняка у всех нас были какие-нибудь клички.
– Зачем тебе нужно знать это, солнышко?
– Ну, просто интересно.
– Тебя мы называли «сестра милосердия».
Рица звонко расхохоталась.
– Почему?
– Из-за того, что ты всегда ходишь в белом и из-за твоих мечей, острых как скальпели, и ещё, наверное, потому, что даже у нас все говорили, что ты добрая и стараешься никого зря не убивать.
Девушка перестала смеяться, внутри неё словно погасла лампочка, она закуталась в одеяло и отвернувшись к стене сжалась в комок.
– Что с Вами госпожа? – встревожился Сэт, он всегда остро чувствовал перемены в настроении своей хозяйки.
– Ничего, Сэт.
Она помолчала.
– Неужели я такая плохая? – едва слышно прошептала Рица.
* * * * * * * * * *
Выстрел, гулкое эхо разносит громкий звук внутри полуразрушенного здания.
– Не задирай ствол вверх и плавнее нажимай на курок! Ты дёргаешь пистолет во время выстрела! Так ты никогда не попадёшь!
– Сэт, у меня не получится! Мне кажется это так трудно!
– Как ты будешь защищать себя, когда я умру?
– Что ты сказал?
* * * * * * * * * *
Обнажённый по пояс Сэт сидел около старого, потрескавшегося зеркала, а Рица, завёрнутая в полотенце, вооружившись большими ножницами и высунув от избытка старания кончик ярко красного языка в уголке рта, старательно подрезала ему волосы, силясь привести в божеский вид чёрную как смоль гриву его волос. Большие клоки падали ему на колени, девушка придирчиво оглядела его со всех сторон, любуясь на своё творение.
– Вот, – нараспев сказала Рица, растягивая «о».
– Так гораздо лучше, а то ты стал похож на какого-то чёрта.
Она замолчала, из глубины обшарпанного зеркала на неё смотрел молодой человек, совсем ещё мальчишка, с почти детским лицом. Её неотступно преследовала мысль, что она уже видела этот взгляд раньше, задолго до того как они встретились.
– Скажи Сэт, помнишь, я рассказывала тебе, как мы попали в ловушку и меня спас неизвестный стрелок? Сейчас я совершенно уверена, что это был ты! Но я хочу, чтобы ты признался, злодей! И не надо напускать на себя такой загадочный вид!
Рица обвила руками его грудь, прикоснулась губами к его шее, целуя то место, где заканчивалась шедшая со спины чешуя и начиналась чистая кожа.
– Какой ты всё-таки у меня красавец! – жарко прошептала она, отбросив в сторону полотенце и прижимаясь своей грудью к его обнажённой спине.
* * * * * * * * * *
– Сэт, ты спишь?
– Нет, любимая.
Рица сидела на кровати рядом с ним, обхватив руками колени, вентилятор остановился, время застыло, где-то далеко наверху, высоко над их головами стих ветер.
– Тебе не холодно?
– Сэт, сейчас середина лета, осенью мне будет 21 год. Прорицательница предсказала мне, что я умру до того как мне исполнится 21. Следовательно, время моей жизни подходит к концу. Помолчи! Послушай меня хоть минуту! Она никогда ещё не ошибалась! Ты… ты должен научиться жить без меня! Ты должен жить! Ты должен закончить, то, что я не успею! Ты должен всех защищать и дальше! Последнее время я думала только о себе! Я хотела избавиться от них! Мне казалось, что они только тормозят меня! Но это неправильно! Всё это ради них! Они и есть моя семья! Даже эта сучка, Акира! Не бросай их, Сэт! Даже когда меня уже не будет!