— Светлана! Я очухался, и хочу есть! Ау! — Сложил руки рупором, напрягая, последние силы. — Ты где?!
Голос растворился над водой. Вспорхнули испуганно утки и собравшись в неровный клин, ушли в небо. Никто не ответил, из кустиков не выскочил, привычно ругаясь. Тишина в ответ. Приплыл?
Подождите, подруги, я буду один? Это неправильно, нехорошо. Мы вместе обязаны находиться. Я и Светлана. Грешили пополам. Почему начальницу оставили, а меня выбросили? Несправедливо! Да, я мужчина, но она девушка, познавшая грех. Виноваты оба, мы из одной экспедиции! А если Светлану выбросили за борт и утонула? Утонула, спасая? Как помню, били одного, но начальница пыталась защитить, пока не оттащили в сторону. Дальше не помню. Применим мужскую логику. Существует два варианта. Выбросили обоих за борт корабля, и Светлана утонула в реке. Выбросили одного, а начальницу оставили на корабле. Какой вариант нравится? Лично для меня не подходят оба, но будем считать, что начальница осталась на корабле, в плену у Поцелуек. А я? Как же я…
Стоп Вася. Не паникуй вперед батьки. Успокойся и переведи дыхание. Не теряй присутствия духа. Оглянись по сторонам, крикни в полное горло и Светлана непременно найдется.
Успокоился, оглянулся и крикнул. Кричал долго, пока не осип. Побежал за уплывающими кораблями по берегу, размахивая руками, забыв о болячках. Бежал долго, пока не свалился без сих, на прибрежную землю. Бесполезно. Река совершила крутой поворот, я оказался на полуострове. Бессмысленно оббегать, еще глупее плыть в наступающих сумерках. Действительно. Совершенно один…
Неширокий песчаный откос, уходил густую траву, чуть дальше, кривые деревья стеной закрывали горизонт. Противоположный берег расплывался в вечерней дымке. Свободен, молод, холостой. Перспективный жених пропадает девчонки. Но радости нет. Тоска.
Сколько раз мечталось побыть одному в мудрых раздумьях, сколько раз грезил беззаботным одиночеством, где буду волен поступать, как хочу и что хочу. Дожил до мечты, а пришло долгожданное время и не знаю. Растерялся.
Отдышавшись, медленно поднялся на ноги. На сердце холодный камень тоски. Впервые за короткую жизнь, не перед кем выделываться и плоско шутить. Валяй Вася дурака, пляши вприсядку, стой на ушах, но никто не оценит мастерства лицедея. Ковыряйся в носу, громко пускай газы, стыдится некого. Не перед кем прихорашиваться, надувать важно щеки и глубокомысленно таращить глаза. Теперь есть возможность поговорить наедине. Узнать себя подлинного. Увидеть истинное нутро и отвратительную рожу. Как выглядишь в своих глазах, какой самом деле, без прикрас, без маски. Актер в пустом театральном зале? Царь без страны, или слуга, без хозяина? Раб без кнута?
Пнул в бессильной злости, по сухому песку поднимая желтую пыль, и стал медленно подниматься к лесу. О худшем варианте рассуждать не будем, оставив зыбкую надежду. Подумаем о втором. Почему поцелуйки выбросили меня за борт и оставили Светлану? Лучше, чем я, потому что одного пола с поцелуйками? Женского? Тривиально, но логично. Плюс Светлана не нудная, не лезет в бутылку, иногда думает головой, не учит жить других. Если сложить женскую суть и прибавить замечательный характер, тогда да, действительно, Светлана лучше. Объективно и субъективно. Дай Моно ей счастье в женском кружке единомышленниц…
Предположение выглядит заманчивым, если поцелуйки не решили продать начальницу в рабство, а от меня избавились, как от лишнего, бесполезного, болтливого груза. Какой от мущинки толк? Что ждать полезного? Лишняя в хозяйстве вещь. Пусть в роли раба, слуги. Избавились как от вредной занозы.
Всю короткую, сознательную жизнь, после кастрюли, был нужен толпе, в том, или ином качестве. Кто-то интересовался лично мной, кто-то отдельно отростком, некоторые по совокупности, а теперь нет. Почему? По кочану. Вернитесь, простите, дайте шанс исправится. Пусть не нужен полностью, но частью тела, послужить обществу. Пустая иллюзия. Ни я — Вася, ни ты — Хвой, ни в совокупности, никому не нужны. Точки расставлены, акценты определены, ударение на безгласную…
Что же остается в сухом остатке? Какая от Васи польза? Никакой. Много знаю, ничего не умею. Светлая голова и корявые руки. Амбиции выше потолка, а способности ниже пола. Любого. Земляного, деревянного, полового. Не реализовался как личность, не состоялся как мужчина. Случайный пассажир эволюции. Бессмысленная теория, не подкрепленная практикой. Лягушачий кулинар. Таланты актера раскрываются на публике, но я — пустая вешалка в гардеробе. Функция без значения. Ого, далеко понес депресняк, тормози Кастрюлькин.
Вася ты скучен без толпы. Собери остатки воли и напряги хилые мышцы. Займись прозаическими делами. Когда руки заняты делом, разум весело отдыхает, подсознание уходит в подполье. Грустно — копай, тоскливо — греби сено. Озаботился внутренним самопознанием — забивай гвозди в стенку, коли соседке дрова, звони в колокола. Мозоль руку — гони скуку.
Вся нынешняя тоска оттого, что потерял Светлану, дорогого сердцу человечка. Дороже Кузи, дороже, чем еда и питье. Нашел главную причину хандры. И обида гложет на поцелуек, зависть одолевает, что оставили не тебя.
Резкая боль, отдернула ногу в сторону, подворачивая ступню. Едва не упал на землю, шипя от бессильной злости. В дополнение к душевным страданиям, помимо опухшей побитой физиономии, ожалился о ядовитую траву. Несчастья притягиваются к несчастьям.
Изменить ничего не смогу, так стоит ли грузиться? Надо ждать завтрашнего утра и на свежую голову, принимать решения. Завтра догоним поцелуек и освободим Светлану из плена. Не знаю как, но гадом буду, спасу начальницу. Дальняя персперктива поставлена, ближние планы на вечер — заняться самовыживанием и самопрокормлением. И этих проблем хватит на длинную ночь.