- Интересная философия, учитывая твою репутацию, - фыркнула я.
- А что не так с моей репутацией? – наигранно удивился темный.
- Серьезно? Ты сейчас серьезно? Да каждый стражник в городе знает твое имя, да они чуть ли не крестятся, когда слышат твое имя.
- Я польщен. Но что такое креститься?
- Это особый знак, последовательность движений рукой, которую воспроизводят люди, когда обращаются к Богу за помощью. Извини, показать не могу – растаю, - эльф уставился на меня, как баран на новые ворота. Я расхохоталась. – Шучу я.
Мы проболтали почти до самого рассвета, практически ни о чем. Делились фактами о жизни двух миров. Было интересно, временами смешно, временами даже страшно. Салазар оказался хорошим рассказчиком и не менее хорошим слушателем – умным и вдумчивым и да, адаптировался он действительно с какой-то почти нереальной скоростью. Так не просто не бывает. Хотя, что я знаю о степени гибкости психики темных эльфов? К тому же темных эльфов ученых? Да ничего.
Кто из нас уснул первым, я потом так и не смогла вспомнить.
Салазар, пятый граф Ромирский.
Я проснулся от того, что у меня затекла левая рука, но шевелиться не хотелось. По моим внутренним ощущениям было еще слишком рано, чтобы двигаться и тем более, чтобы вставать и куда-то идти. Я попробовал перевернуться, но неожиданно для себя наткнулся на чье-то тело.
Аннет осталась вчера у меня?
Я легко провел пальцами по тонкой руке и открыл глаза.
Не. Аннет.
Веста. Наверное.
Девушка спала, повернувшись ко мне лицом, как ребенок, подложив под щеку ладонь и уткнувшись острым носиком мне в плечо. Черная короткая прядь упала на тонкую скулу, пухлые губы слегка приоткрылись, а шелковой халат съехал вниз с плеча. Кожа у нее такая же нежная, как и ткань?
Моя ладонь проскользнула в широкий рукав.
Да, такая же. Даже мягче.
Мелкая что-то пробормотала и попыталась, очевидно, зарыться глубже в несуществующее одеяло.
Я вытащил ладонь, осторожно подвинулся и оперся головой о руку, продолжая наблюдать за спящей Вестой. Она что-то снова пробормотала и подтянула голые коленки поближе к груди – короткий халат скрывал немного, еще меньше грел. Изящная ножка была обнажена до колена, вызывая вполне закономерное желание – увидеть еще больше.
Я аккуратно сдвинул скользкую ткань выше. Еще выше. Еще чуть-чуть, пока не показалось кремовое бедро. Соблазнительное, округлое, аппетитное, теплое.
Я слегка сжал его, провел кончиками отросших когтей вверх и вниз, принялся выписывать замысловатые узоры, наблюдая, как появляется гусиная кожа, там, где я только что пробежался пальцами.
Веста шумно выдохнула и повернулась на спину, будто читая мои мысли. Я облизнулся в предвкушении и открыл плечо еще больше, потянув за рукав. Сначала один, потом второй. Удивительно нежная кожа, удивительно вкусно пахнет – карамель и сливки. А над правой ключицей у мелкой оказалась настолько соблазнительная родинка, что я не удержался и обвел ее языком, и сам не заметил, как начал, слегка покусывая целовать длинную шею. Вкусную, сладкую.
А в следующий миг мне в висок упиралась какая-то черная продолговатая штука.
- Эльф, а тебе никто не говорил, что сначала надо хотя бы в ресторан девушку сводить?
- Куда? – нахмурился я.
- Никуда! – отчеканила она. – Руки убрал и остальные части тела тоже. Иначе твои мозги окажутся на потолке, - холодная штуковина продолжала давить на висок.
- Не окажутся, - хмыкнул я, не двигаясь с места. – Мои мозги тебе нужны целыми и невредимыми.
- Твоя правда, - она сдвинула руку с черным нечто вниз, силой проведя по и без того напряженному животу, дойдя до самого паха. – А вот твои колокольчики мне без надобности.
- Ты думаешь, что…, - она быстро отвела руку вбок, что-то щелкнуло, раздался громкий хлопок, и лампа на невысоком столике разлетелась вдребезги.
- Это называется пистолет. Конкретно этого малыша зовут файв-севен и он способен раскурочить к чертям твой череп, что уж говорить о твоих яйцах. Ну? – она надавила на пах сильнее, я нехотя отстранился. – Я знала, что мы сможем прийти к консенсусу, - открыто улыбнулась она, поднимаясь на ноги, придерживая другой рукой полы халата. – А теперь я собираюсь в душ, выйду через полчаса, то есть когда эта стрелка будет по-прежнему на семи, а вот эта на шести, - ткнула она пальцем в часы, очевидно, думая, что я не знаю, что это. – Жрать в доме по-прежнему нечего, поэтому съездим в город. – Она развернулась и направилась вверх по лестнице.
Я только тихо улыбнулся, отправившись следом, наблюдая, как она аппетитно покачивает бедрами.