— Неужели? — Брок мрачно поболтал ложкой суп. — Как выяснилось, у меня накопился изрядный запас неиспользованных отпускных дней, и руководство настояло на том, чтобы я использовал по назначению хотя бы их часть. В этой связи меня отправили в отпуск сроком на месяц или на два с тем, чтобы я в плане подготовки к конференции сделал кое-какую исследовательскую работу и написал на основании полученных данных доклад. Когда у меня бывают приступы паранойи, я начинаю подумывать, что все это делается исключительно для того, чтобы потихоньку спровадить меня на пенсию. В последнее время в полиции метрополии циркулируют слухи о грядущей смене поколений и скором уходе на покой ряда старших офицеров.
Кэти не стала напоминать ему, что они с Гордоном не в таких чинах, чтобы знать о новейших веяниях в руководстве полиции метрополии.
— Суть дела в том, — продолжал Брок, — что конференция должна состояться в конце этого месяца, а я до сих пор не имею представления, о чем буду там говорить. Сказать по правде, эта затея является для меня в последнее время постоянным источником головной боли.
Брок некоторое время сосредоточенно ел суп, потом заговорил снова:
— Американцы из Куантико наверняка привезут массу данных — куда больше, чем я в состоянии собрать. Немцы выйдут с предложением о разработке общеевропейского стандарта для системных эволюций. Как мне говорили, французы сделают свой вклад в плане демонстрации философско-культурно-исторической перспективы. Без сомнения, они докажут, что Фурье или какой-нибудь другой француз изобрел все это еще сто лет назад.
— Боюсь, Фурье я не читал, — сказал Гордон.
— Ну, у него была теория, что человеческая природа формируется на основании двенадцати страстей, — объяснил Брок, — совокупности и вариации которых и определяют индивидуальный характер. Из этих двенадцати страстей он выводил 810 основных типов человеческой личности — или, если хотите, профилей. Он считал, что при их правильной комбинации можно создавать идеальные сообщества. Идея, конечно, безумная… — Брок одобрительно посмотрел на Даулинга: — Вы по крайней мере читаете, Гордон. Я рад. Слава Богу, вы не из тех молодых людей, которые получают необходимую им информацию исключительно с компьютерных дисплеев.
Гордон застенчиво улыбнулся, донельзя довольный комплиментом, после чего снова принялся за суп.
— А вы какого мнения придерживаетесь, Брок? — спросила Кэти.
— Как вы, возможно, заметили, — Брок указал кивком на стоявший на низеньком столе компьютер, — мне предложили проанализировать в этом ключе все мои старые дела, а также максимально возможное число тех, с которыми я более или менее знаком.
Гордон поперхнулся супом: старик все-таки просек, что он прикасался к его компьютеру.
— Меня заинтересовал вопрос, как меняется поведение серийного убийцы на основании опыта, полученного им при совершении предыдущих преступлений, как он обучается и совершенствует присущий ему способ убийства в свете того, что случалось с ним раньше. Другими словами, я рассматриваю этот психологический тип не как нечто устоявшееся, но как явление развивающееся, становящееся, возможно, более необузданным, более формализованным или более ритуалистическим. Я считаю, что подобная трансформация одержимости происходит при столкновении с реальной действительностью и зависит от накопленного опыта. Такова, во всяком случае, моя концепция. Сотрудники университета в Суррее очень старались мне помочь, но… проблема оказалась куда серьезнее, чем я поначалу думал. Так что один только Бог знает, о чем я буду говорить на конференции в Риме… Надеюсь, Кэти, убийство, которое вы расследуете, не является одним из серии ему подобных?
Она улыбнулась:
— Надеюсь, что нет. Нам и одно доставило массу хлопот.
— Итак, — продолжил Брок, накладывая на овсяную лепешку сыр и пикули, — мы добрались в наших рассуждениях до среды. Я не ошибся? Вскрытие же состоялось в понедельник. Неужели вы не получили к этому времени результаты тестов? Хотя бы некоторых? Мне представляется, что это имеет в вашем деле решающее значение.
«Надо все ему рассказать», — подумала Кэти.
— Мы действительно кое-что получили в тот день.
— Вы вот говорили о Пью. Кажется, я слышал раньше это имя. Не помню только, в какой связи…
— В среду все неожиданно застопорилось. Мы пережили первый приступ панической активности, переделали все необходимые в таких случаях дела, после чего оказались в простое. Сидели и чего-то ждали. Я, правда, разослала людей по окрестностям, чтобы выяснить, чем занимался Петроу за пределами клиники, но не очень-то верила, что это даст нам дополнительные зацепки. А потом вдруг на авансцену вышла Белли с полученными ею результатами.