— Кто вы? — прошептала она.
— Брок. Дэвид Брок. Я здесь человек новый. Только вчера приехал. Теперь вот исследую окрестности. С вами все в порядке?
Она взглянула на его оранжевую куртку и веллингтонские сапоги, такие же как у нее.
— И вы. — Он услышал, как она с шумом втянула в себя воздух. — Вы тоже меня напугали. Я слышала, как открылась входная дверь, а потом до меня донеслись звуки ваших шагов и стук трости. Когда же вы начали спускаться вниз, у меня душа ушла в пятки от страха. Глупо, конечно…
— Ну нет. Я отлично себе представляю, насколько зловещими могли показаться вам эти звуки. Это весьма мрачное место. Но имейте в виду, что в настоящее время мне здесь все кажется странным.
— Извините, я не представилась… — Она вышла из сумрака и сделала пару шагов в его сторону. — Меня зовут Грейс Кэррингтон. — Они пожали друг другу руки, скрепляя знакомство. — Вообще-то я вас видела. По-моему, ваша комната находится недалеко от моей. — Ее голос звучал слабо, да и сама она в этот момент походила на видение, готовое в любой момент растаять в воздухе.
— О! А я, знаете ли, после ленча зашел в библиотеку, — Брок пытался заполнить окружавшее их темное холодное пространство звуками собственного голоса, — и нашел там книгу по истории этого дома и поместья. Там упоминался этот памятник, и я решил его посетить. Храм Аполлона. — Он скептически хмыкнул, как бы давая понять, что не придает никакого значения флеру таинственности, окутывавшему это место.
— Он был богом музыки. — Женщина указала на консоль органа, находившуюся у нее за спиной.
— Да. И еще искусства врачевания, что, полагаю, для клиники более актуально. Идентифицировался также с солнцем — и как даритель жизни, и как ее погубитель. Удивительно, как много различных должностей могли совмещать в те времена боги.
Женщина улыбнулась:
— Вы сказали, что вам здесь все кажется странным…
— Да. Я здесь впервые. И все здесь для меня ново и непонятно.
— Скоро вы со всем этим свыкнетесь. А когда выпишетесь отсюда, вам первое время будет казаться странным мир за пределами клиники.
— Это в каком же смысле?
— Мне лично казалось… я чувствовала, что здорово отдалилась от той жизни.
— Значит, вы проходили через все это не один раз?
Грейс вздрогнула.
— Давайте-ка поднимемся в зал. — Она шагнула к винтовой лестнице. — Это мой третий визит. Тем не менее меня постоянной пациенткой не назовешь. В отличие от Сидни и Марты. Я видела, как вы разговаривали с ними сегодня за ленчем.
— Да. — Голос Брока в тесном пространстве лестничного колодца звучал приглушенно. — Мне кажется, что Марта решила взять меня под свое крыло.
Грейс стояла наверху, поджидая Брока. Заметив, как при этих словах у него изменилось лицо, она улыбнулась:
— У нее привычка брать над новичками шефство. Но не беспокойтесь, через некоторое время она выпустит вас из своей хватки.
— Боюсь, я уже злоупотребил ее терпением. Похоже, сегодня днем я основательно ее опечалил.
— Неужели? И как вам это удалось? — Они медленным шагом двинулись по проходу к двери.
— Я вспомнил, что в прошлом году читал в газетах об одном здешнем сотруднике, которого нашли повешенным в этом храме, и позволил себе подискутировать с ней на эту тему.
Грейс остановилась, повернулась к нему и внимательно на него посмотрела.
— Очень интересно. И что же вы ей сказали?
— Я просто пытался выяснить ее мнение по поводу того, что здесь произошло. Боюсь, она на меня обиделась. Ей показалось, что я позволил себе на этого человека клеветать.
Грейс отвернулась и, секунду помолчав, сказала:
— Я тоже была в это время в клинике.
Брок выдержал паузу, надеясь, что она скажет больше, но поскольку продолжения не последовало, негромким голосом произнес:
— Только сейчас, Грейс, когда я спустился на нижний уровень и увидел там вас, мне пришло в голову, что вы, возможно, стоите рядом с тем самым местом, где его нашли.
Некоторое время Грейс никак не комментировала сделанное им заявление, но потом повернулась к нему во второй раз и сказала:
— Полагаю, многие из нас… хотели бы узнать, что тогда случилось.
— Марта считает, что всему виной наркотики.
— Нам так сказали. Но вы сами видели, как там внизу все выглядит… Зная его, в это трудно поверить.
Выйдя из дверей храма, они какое-то время стояли у фасада среди колонн ионического ордена.
— Эти колонны простояли здесь сто лет, прежде чем к ним пристроили храм. — Грейс положила руку на гофрированную поверхность одной из них и подковырнула ногтем выросший на ней лишайник. — Они должны были изображать руины, которые здешние обитатели могли видеть из дома или во время прогулки и которые должны были напоминать о том, что дни нашей жизни быстротечны и что все мы смертны.