Если они направлялись к парковке, то перейдут дорогу и пойдут на север по Парк-лейн, или, что более вероятно, пойдут по параллельной конной дорожке.
Я свернул влево, собираясь пробежать через Арку и сократить расстояние до Рейнарда, когда моё внимание привлекла молодая белая женщина. Она была стройной, но подтянутой, с сильными ногами и плечами под лиловыми дизайнерскими джинсами и такой же замшевой курткой. Лицо у неё было круглое и гладкое, с курносым носом и губками бантиком. Тёмно-каштановые волосы были подстрижены в короткий пикси-боб. Претенциозные круглые очки в тонкой оправе с дымчатыми стёклами скрывали её глаза.
Она заметила мой взгляд и с насмешливым узнаванием наклонила голову, прежде чем развернуться и уйти в неожиданно практичных туфлях на плоской подошве.
Я узнал эту походку — быструю, деловитую. Так ходят, чтобы быстро преодолеть расстояние, не выглядя при этом спешащим или встревоженным.
Я нажал кнопку рации.
— Я только что видел Лесли у Арки.
— Ты уверен? — спросил Найтингейл.
— Лицо другое, но это точно Лесли, — ответил я.
— Это маска? — спросил Найтингейл.
— Нет. Не маска.
— Она тебя видела?
— Да.
— Арестуй её. Сейчас же.
***
Я был в кроссовках, а в них при необходимости можно бежать практически бесшумно. Всё дело в том, как ты ставишь стопу. Я рванул с места так быстро, как только мог, ориентируясь прямо на её спину. Я знал, что рано или поздно она обернется проверить, где я, но рассчитывал, что ее истинно лесливская любовь к драматизму заставит ее выдержать паузу дольше, чем следовало. Я был буквально трёх метрах, когда белый парень в тёмно-синем пиджаке поверх чёрной футболки Metallica театрально отскочил с моего пути и заорал:
— Осторожней!
Женщина с походкой Лесли обернулась — я увидел удивление на её лице. А в следующий миг я споткнулся — бледная кожа её лица вдруг пошла рябью, и черты поплыли. Всё началось с переносицы: кожа сморщилась, а затем кошмарно обвисла по сторонам, точь-в-точь как плавники манты или мантия кальмара. Мгновение — и это снова было лицо Лесли. Вернее, та гладкая розовая маска, которую я видел в джаз-кафе в «Харродс». Я был так потрясён, что едва заметил, как она вскинула руку, и воздух вокруг неё задрожал — верный признак того, что сейчас будет больно. Я заставил себя превратить спотыкание в падение и неуклюжий перекат через плечо и что-то просвистело там, где я только что стоял — звук был как от выбиваемого мамой ковра.
Поднимаясь на ноги и по привычке на всякий случай уходя вправо, я услышал крики за спиной. К тому времени я уже выключил «Эйрвейв» и не отважился включить её снова, чтобы предупредить Найтингейла о возможной угрозе для гражданских. Пришлось положиться на его профессиональное чутьё и надеяться, что Лесли не станет швыряться чем-то совсем уж смертоносным.
Она прекрасно понимала, что устраивать эскалацию на публике в центре Лондона не стоит — если только ты не горишь желанием устроить себе быстрое «свидание» со спецназом Особой воздушной службы.
Я вбежал под Арку — постарался появиться как можно внезапнее — и увидел Лесли: она быстро шла к Веллингтонскому мемориалу. Она не бежала — видимо, надеялась не привлекать к себе внимания.
Я метнул в неё импелло и с мрачным удовлетворением почувствовал отдачу: заклинание сбило её с ног. Пока я бежал к ней, достал из внутреннего кармана толстовки телескопическую дубинку и раскрыл её на всю длину.
Но она перекатилась и вскочила на ноги раньше, чем я успел преодолеть хотя бы половину расстояния между нами. Она подняла руку — я увидел вспышку и успел выставить щит отклонив удар вверх. Я тренировался ставить щит под углом вверх специально для применения в людных местах. Не хватало ещё, чтобы что-то потустороннее или даже просто банально колюще-режущее отрикошетило в случайных прохожих.
Лесли сменила направление и побежала к правой стороне пьедестала, подпиравшего сорок тонн конной военной легенды. Я на всякий случай стал огибать его слева, опасаясь засады, — так мы и столкнулись нос к носу. Буквально.
Я крупнее — она отлетела назад. Но не раньше, чем её лоб впечатался мне в рот так сильно, что расшаталась пломба и я почувствовал вкус крови. Я махнул дубинкой — мимо. Она пнула меня в бедро — и мне, пожалуй, повезло, что она не попала туда, куда наверняка целилась. Потом она шарахнула чем-то вроде импелло — меня отбросило назад, но Найтингейл научил меня принимать направление удара и перекатываться так, чтобы быстро встать на ноги.