— Ты чувствуешь?
— Я так думала... Пока мы не начали собираться на наш заключительный ужин на острове. я решила втиснуться в своё дежурное маленькое чёрное платье. Я как раз распихивала всё, что нужно, по своим местам, когда Джордж посмотрел на меня и сказал: «Слушай, нам стоит делать так каждый год! Похоже, это идёт тебе на пользу». Звучит нескромно, но я чувствовала себя чертовски сексуальной, в тот момент, поэтому я, покачивая бёдрами, подошла к зеркалу и обнаружила, что на меня из него смотрит моя двадцатипятилетняя копия.
— Ты действительно физически изменилась? — спросил я.
— Я закрылсь в ванной и хорошенько себя ощупала, — сказала Тайберн. — Всё было настоящим.
— Ты ведь должна была понимать, что это возможно, — заметил я. — Взять хотя бы Оксли и Исиду.
— Питер, — сказала Тайберн. — Мне нужно, чтобы ты перестал только делать вид, что умён, а действительно был умным. Конечно, я знала об этом — разумом. Мама выглядит примерно одинаково с тех пор, как я себя помню, а есть ещё Отец Темза, который не выглядит ни на день старше свой тысячи. Но это не то же самое, что столкнуться с этим лицом к лицу. — Она покачала головой.
Я кивнул в знак понимания, но её это не убедило.
— Так что, когда мы вернулись в Лондон, я позволила себе снова стать женщиной средних лет.
— Вот так просто?
— Ну, я держалась подальше от зеркал и пересмотрела кучу выпусков «Антикварных гастролей» — это помогло.
— И как быстро всё вернулось? — спросил я.
— За пару месяцев, — ответила она. — Гусиные лапки, полные бёдра — всё как полагается.
Я подумал: довольно незаметные гусиные лапки.
— И всё просто вернулось обратно?
Леди Тай пожала плечами.
— Возможно, растяжки я себе всё-таки не вернула, — сказала она.
— Он заметил?
— Не знаю, — ответила она. — Когда вы женаты, вы привыкаете друг к другу — и на самом деле видишь только того человека, которого ожидаешь увидеть.
— Беверли может сделать себя старше? — спросил я и тут же вспомнил её сестру Никки, которой якобы девять лет и которая, по слухам, утопила человека на суше. — А Никки?
— Нет никакой инструкции, Питер, — сказала Леди Тай. — Нет группы поддержки со страницей в «Тамблер» и простым ЧаВо. Я — старшая. Это значит, что всё происходит со мной первой. Мне приходится совершать все ошибки, и первая из них — думать, что я человек и могу вести обчную человеческую жизнь.
У меня в груди похолодело. Должно быть, это отразилось на моём лице.
— Я переживу своих детей, Питер, — сказала она. — Я переживу детей своих детей. Если не случится чего-то радикально непредвиденного, я переживу всех, кого люблю, кроме своей семьи. — Она мотнула головой. — Я хочу уберечь сестру от боли — так что можешь подать на меня за это в суд.
Я не знал, что сказать, поэтому просто промолчал.
— Ты хотя бы подумаешь над тем, что я сказала?
— Кто убил снайпера? — спросил я. — Ты знаешь?
Леди Тай напряглась и сделала ещё глоток вина, прежде чем ответить вопросом на вопрос.
— У тебя есть какие-нибудь предположения?
— Думаю, это был сэр Уильям Тайберн, ныне покойный член известного семейства, — сказал я. — Ты знаешь, о ком я говорю?
— Сын Старика Темзы, — она произнесла это торжественно, словно призывала духа или представляла судью.
Я ждал продолжения, но она сделала ещё глоток вина и посмотрела на меня поверх бокала.
— Это был он?
Леди Тай пожала плечами.
— Он как-то связан с тобой? — спросил я. — На духовном уровне?
Леди Тай фыркнула прямо в бокал, поставила его и быстро прикрыла нос и рот рукой.
— На духовном, Питер? Не просто уложить это в рамки твоей рационалистической картины мира, да?
— Только потому, что мне никто никогда не даёт прямого ответа, — сказал я.
— Это потому, что они сами не знают, — сказала Тайберн. — Это как в экономике. У каждого своя теория, а некоторые и вовсе делают из неё религию.
— Так он часть тебя или нет? — спросил я громче, чем собирался. — Мне нужно знать.
Леди Тай снова фыркнула, так что я с вызовом поднял свой бокал и осушил его залпом. Я схватил бутылку и вылил себе остатки вина.
— Вот, — сказал я. — Теперь я сделал шаг тебе навстречу.
— Вы с Бев так подходите друг другу! — сказала она. — Какая жалость, что ты так быстро изнашиваешься!
— А «Ред Страйп» найдётся? — спросил я. — «Кроненбург»? «Циндао»? «Стар»? Да бросьте, у вас наверняка осталось хоть немного пива «Стар».