— Особенно если двусмысленна я сама! — сказала Гулид.
Водитель мог догадаться что я тоже полицейский, но это уже не имело значения. Он замешкался ровно настолько, чтобы я успел прилепить «глушилку» на капот «Эксплорера», и это был конец для электронной системы зажигания. Я действовал достаточно аккуратно, чтобы не вывести из строя его телефон — вдруг он нам ещё понадобится.
Поскольку он был американцем, то инстинктивно держал руки на руле так, чтобы мы их видели.
— Добрый вечер, сэр! Не могли бы вы выйти из машины? — сказала Гулид.
Вот и всё.
Он вышел, и мы провели обыск в полном соответствии с пунктом 3.1 Кодекса практики А, то есть со всей возможной вежливостью, учтивостью и уважением к личности.
Если не считать того, что он благоразумно держал рот на замке, в остальном он сотрудничал. Это было к лучшему, потому что он оказался высоким, подтянутым и носил в наплечной кобуре полуавтоматический пистолет. Ещё у него был «Самсунг Гэлакси» с модифицированной физической кнопкой выключения — почти как у нас с Найтингейлом. А когда я взглянул на его запястье, то увидел механические часы для подводного плавания. Это было снаряжение практика, и, вкупе с полным отсутствием каких-либо документов — даже водительских прав, — практически подтверждало, перед нами магические шпионы. Возможно, у них даже есть какой-то легальный статус в Штатах.
Но не в Лондоне. Поэтому Гулид арестовала его за ношение оружия, вождение без прав и подозрительно иностранный вид в приличном районе. К тому моменту, как мы его заковали в наручники, прибыла первая машина с оперативниками, и мы с радостью передали его коллегам для транспортировки.
Я был бы рад пождаться подкрепления — вплоть до полицейского спецназа, подразделений специального назначения и/или Найтингейла в режиме «уничтожителя танков», — но тут меня настиг отголосок вестигия из дома. Ничего определённого, лишь запах маслянистой воды и холодок по спине.
Согласно Закону о правах человека 1998 года в том виде, как его трактует моя потрёпанная копия «Справочника по оперативной работе и процедурам для полиции» Блэкстоуна, на мне лежала «обязанность активных действий» по защите общества. Это означало, что я должен был хотя бы для вида убедиться, что Фиби Бомонт-Джонс сейчас не подвергают пытке водой эти самые подражатели Джека Бауэра, которых я видел входящими внутрь не более пяти минут назад.
Разумеется, если только они не заодно с нашей Фиби и сейчас не сидят за чашкой чая и строят заговоры. И если она вообще находится в доме.
Обычно столичная полиция неодобрительно относится к тому, чтобы офицеры врывались внутрь без оценки рисков и/или соответствующего спецподразделения за спиной. К сожалению, в данном случае я и был этим самым спецподразделением, а вооружённые полицейские, которые уже ехали сюда, не были готовы к сценарию «Сокола». Не в последнюю очередь потому, что первая редакция «Процедур при серьёзных инцидентах «Сокола», она же «Как справиться со странной хренью», всё ещё лежала у меня в Безумстве на жёстком диске в виде недописанного документа «Ворд».
Я позвонил Найтингейлу, который сказал, что будет через пятнадцать минут, и попросил разрешения на небольшую разведку.
— Да, — немедленно ответил он. — Но осторожно, Питер.
Я сказал Гулид, что по стандартной процедуре второй офицер должен оставаться вне непосредственной зоны потенциального магического воздействия (ЗПМВ), чтобы поддерживать связь на случай, если мои рация и личный телефон выйдут из строя. Гулид справедливо насторожилась.
— Такое там точно есть? — спросила она.
«Как только вернусь в Безумство — сразу внесу это в документ», — подумал я.
— Просто проследи, чтобы никто не врывался внутрь, — сказал я. — Особенно ты.
— А когда всё начнёт взрываться? — спросила она, но я не удостоил этот вопрос ответом.
— Я дойду хотя бы до двери, — заявила она.
Когда мы подошли к входной двери, я заметил, что в газон перед домом вмонтированы полосы толстого плексигласа или стекла — световые окна для подвала. Я указал на них Гулид, которая нахмурилась.
Очень богатые люди, так и не поняв сути городской жизни, давно страдают от невозможности втиснуть удобства загородного особняка — гараж, бассейн, кинотеатр, комнаты для прислуги и т. д. — в площадь обычного лондонского дома с террасой. Те, у кого нет доступа к трансмерному инженерному делу, что было ключевым открытием Повелителей Времени, вынуждены расширять свои дома вниз. Что доказывает, единственное, что отделяет обычного богача от карьеры злодея из бондианы, — это доступ к потухшему вулкану.