Мы ждали в основном молча и неподвижно, если не считать яростного безмолвного спора о том, чья очередь играть в «Ангри Бёрдс» на телефоне Кэролайн. Спор, по сути, закончился только тогда, когда телефон завибрировал и пришло сообщение: «Можете спускаться, когда будете готовы».
— Он не торопился, — сказал я.
— Это часто случается? — спросила Кэролайн.
— Нет, — ответил я. — Иногда меня спасает Беверли, иногда Леди Тай, изредка Молли. Думаю, у них есть что-то вроде графика.
— Вот дерьмо, — сказала Кэролайн. — Ты ведь не шутишь?
— Не говори глупостей, — ответил я. — Никакого графика нет, мы не настолько организованы.
Гулид фыркнула.
***
Кэролайн первой спустила Гулид — просто обхватила её за грудь и шагнула в пустоту. В темноте было трудно разглядеть, но мне показалось, что они плавно и ровно опускались. Пока они это делали, ветви, которые были согнуты, чтобы скрыть нас от взгляда с земли, начали распрямляться и возвращаться в исходное положение. Когда я позже рассказал об этом Бев, она сказала, что это впечатляет даже больше, чем полёт.
— Дерево ведь не отличается особой подвижностью, — заметила она.
Когда настала моя очередь, я закрыл глаза и попытался уловить форму, которую использовала Кэролайн. Когда учишься новой форме, иногда требуются десятки, а то и сотни демонстраций, прежде чем сможешь хотя бы начать воспроизводить её в уме. Но даже за короткое соприкосновение можно чему-то научиться, если быть внимательным.
Не то чтобы это было легко, когда падаешь с двадцати метров, и тебя держит только презрение Кэролайн к законам физики.
Я ощутил её — она парила в том не-пространстве, где эти абстракции цепляются за ткань вселенной. И она была другой. Я имею в виду, действительно другой. Я знал, что существуют разные магические традиции, но всегда считал, что у них есть общие черты. Ощущать форму, которую Кэролайн вызвала для преодоления гравитации, было всё равно что слушать Юсефа Латифа, когда он уводит флейту в пентатонику — это всё ещё музыка, она всё ещё красива, но совершенно новый звуковой ландшафт.
— Ты правда можешь летать? — спросил я.
Она остановилась, когда наши ноги коснулись земли, и прошептала мне на ухо:
— Пока нет. Но скоро. И тогда я буду свободна и далеко.
«Далеко» от чего? — подумал я. И «свободна» от кого?
Найтингейл ждал нас у подножия дерева в пальто от «Буррбери» устричного цвета — это было самое близкое к сигнальному жилету, что он когда-либо позволит себе надеть.
— Как вы нас нашли? — спросил я.
— Во-первых, «крикуны» сработали как надо, — сказал Найтингейл. — Потом были твои сообщения. А дальше оставалось только идти по следам разрушений.
Выше по склону сквозь кроны деревьев мигали синие проблесковые маячки.
Гулид подтолкнула Кэролайн к ожидавшим парамедикам, хотя та и утверждала, что с ней всё в порядке — но дело было не в этом. Как гражданское лицо, замешанное в полицейской операции, мы должны были доказать, что она не пострадала, чтобы потом она не могла подать на нас в суд.
— Ты понимаешь, что означает то, что Безликий — это Мартин Чорли?— спросил Найтингейл.
— Что именно? — спросил я и поёжился.
— Месть, — сказал он. — Тут есть о чём беспокоиться.
— Ещё бы, — сказал я и поднёс правую руку к лицу — она определённо дрожала. — Вы всех предупредили?
— Фиби с Оливией у Тайберн, но я потерял Рейнарда, когда сработал «крикун», и мне пришлось свернуть сюда, — сказал он. — Наверняка он залёг на дно.
Я остановился и огляделся. То, что осталось от оранжевого «асбо», лежало на крыше среди двевесного крошева. Найтингейл остановился и подождал меня.
— Кто-нибудь смотрит в нашу сторону? — спросил я.
Найтингейл сказал, что никого не видит, поэтому я отвернулся, нашёл удобный ствол дерева, наклонился, и меня вырвало. Стоило только начать, и я уже не мог остановиться, пока не исторг из себя, кажется, все мои обеды за последний месяц. Когда всё закончилось, в голове у меня звенело, а внутри образовался вакуум.
Найтингейл протянул мне один из своих льняных платков цвета слоновой кости с монограммой и отглаженный Молли так остро, что его можно было бы метать как сюрикен. Я осторожно развернул его и вытер рот. Обратно он его не попросил.
***
Полиция долины Темзы была у дома в полном составе, включая бойцов отряда вооружённого реагирования, которые вальяжно подпирали борта своего «Вольво V70» и по привычке недоверчиво пялились на нас.
Потом приехала Стефанопулос и так посмотрела на них, что они собрали вещи и испарились. Это дало мне короткую передышку перед тем, как она подошла и испытала свой убийственный взгляд уже на мне. Последовали обязательные три часа унылого шатания туда-сюда в ожидании, пока криминалисты и спецгруппа по обыскам осмотрят дом, а также неизбежные споры о том, кто поедет искать круглосуточный фастфуд в Хай-Уикоме, чтобы раздобыть что-нибудь перекусить.