— Полно отставать, нас хозяйка ждет.
Госпожа Танкрет, увидев Вишенку печальною, не могла скрыть своей постыдной радости и сказала улыбаясь:
— Ну что, милочка, ваш солдат удрал.
— Он потерял отца и оставил Баньолу, я не знаю, где его искать…
— Послушайтесь меня, забудьте о нем, он позабыл вас. Мужчины такие непостоянные.
— Уверяю вас, сударыня, что он был только другом моим, а дружба редко когда забывается.
— Да, да, это известно, но все на свете меняется, и мы еще скорее, чем что-либо другое, и потому надо пользоваться временем и наслаждаться молодостью.
— Укажите мне, сударыня, где я могла бы достать работу?
— Какую же вы знаете работу?
— Я умею шить, чинить белье…
— С этим умением можно с голоду умереть. Если вы с иголкой проработаете целый день, то заработаете не более двенадцати су, а много это? Разве вы думаете, что за эти деньги можно прожить, но и то их достать очень трудно. Всякий имеет свою работницу, которую протежирует.
— Так как же поступают бедные девушки, чтобы прожить в Париже?
— Такие красавицы, как ты, одерживают победы над мужчинами, которые их ласкают, а еще лучше оплачивают. Останетесь с нами, мы вам все дадим: хорошие наряды, квартиру и стол. Вам делать ничего не надо, за вами будут ухаживать, и кроме любезностей ничего не услышите.
— Ах, какая мерзость, стало быть, это значит продать себя?
— Ну и что же из этого? Разве не все на свете продажно, начиная с сильных мира сего и кончая великосветскими барынями, с тою только разницею, что они дороже нас берут?
— Нет, сударыня, нет, я не унижусь до такой степени! Я хочу работать, готова питаться одним сухим хлебом и, по крайней мере, не будет стыдно перед собою.
— Хорошо, все это хорошо, но не больше как красноречивые фразы, а кто обедал с молодым человеком в Пале-Рояле, как вы, тот не должен уж быть так легкомыслен. Да, кроме того, у вас нет ни родителей, ни родственников… Вы, кажется, устали, пойдите, отдохните, а завтра потолкуем.
Вишенка поспешно уходит в свою комнату с решимостью немедленно оставить дом госпожи Танкрет, но, усталая и в изнеможении, падает на кресло, восклицает:
— О, горькая судьба моя, зачем я приехала в Париж?
Жолиса, ни говоря ни слова, принесла ужин. Вишенка немного поела и бросилась на постель. На другой день она проснулась на рассвете, оделась и хотела бежать из этого постыдного дома, полагая, что еще все спят и что она не встретит никого. Все наряды госпожи Танкрет она оставила и оделась в свое прежнее платье и, думая, что расчет с хозяйкой этого дома кончен, потихоньку поспешила по коридору и лестнице к входной двери. Но, увы! Она оказалась запертою.
Приходится возвращаться в свою комнату, и тут ей навстречу попадается ей Жолиса:
— Это вы так стучите, когда все еще спят? Какой черт вас носит в эту пору и зачем?
— У вас ключи от дверей? Я хочу уйти, у меня есть дело.
— Как так уйти? Я не имею право вас выпустить. Вы что же это — хотите тайком удрать… Да, может быть, еще и вещи наши какие-нибудь захватили.
— Ах, какое на меня подозрение! Я вещи ваши все оставила.
— Это все равно. Пожалуйте в вашу комнату. Без позволения хозяйки вы не уйдете.
Вишенка, не возражая, возвращается в свою комнату. После некоторого времени, узнав, что хозяйка проснулась, собирает ее наряды и с узлом входит к ней, лежащей в постели.
— Хотели исчезнуть, тайком ускользнуть. А знаете ли, что, не расплатившись, не уходят? Вы мне за два дня должны, — сказала госпожа Танкрет, окидывая с ног до головы Вишенку суровым взглядом.
— Сударыня, — ответила девушка, — я вам оставила все свое имущество, купленные у вас наряды. Кажется, стоимость их больше того, что я должна?
— Не совсем верно. Но, однако, куда вы собрались?
— Я иду искать работу.
— А, заладили одно и то же. Не отыщите работы.
— Я надеюсь ее найти.
— Итак, вы решились… это последнее ваше слово?
— Да, сударыня.
— Делать нечего, ступайте. Если ничего себе не найдете, то возвращайтесь к нам.
— Нет, не вернусь.
— А я вот говорю, что вы вернетесь. Велю вам даже прибор поставить, когда будут накрывать на стол. Да ведь я вас не буду вынуждать делать то, чего не захотите.
Вишенка кланяется и спешит уйти. Не знает еще, в какую сторону ей направиться, но она только думает, как бы поскорее удалиться от жилища госпожи Танкрет.
Спустя некоторое время — она хочет попробовать счастья, попросить у людей работы — входит в магазин, где продают белье. Но, очутившись лицо к лицу с белошвейкой, сидящей в магазине, она смешалась, сконфузилась и не могла слова выговорить, у нее спрашивают: