— Ничего.
Такой ответ Полину не устроил. Она стала допытываться, давить на неё, но была вынуждена сдаться. Как Рита могла сказать ей то, о чём сама не имела понятия?
Нормальными их отношения с Германовым уж точно не назовёшь. Есть ли вообще какие-то отношения между ними? Долг он ей простил. Теперь их ничего не связывает, кроме сообщения от неизвестной маньячки. То, что это девушка, стало понятно по её словам: «Не смей прикасаться к Владу! Он мой! Это последнее предупреждение!».
Рита не хотела проверять, что будет, если она не послушает неизвестную. Наилучшим для неё вариантом было закончить общение с Германовым и сделать вид, что этого всего никогда не было. Ни будоражащих поцелуев, ни ночной поездки, ни его заботы.
Но она не могла. Все её мысли и чувства крутились вокруг Влада. Стоило проявить твёрдость и разорвать эту связь, ведь в будущем она сулила много боли и разочарований. Только возникшую симпатию не законсервируешь как огурцы в банке.
На перемене Рита столкнулась с тем, что её очень разозлило. Она увидела Германова, мило воркующим с Викой — девочкой, с которой он на одной из тренировок флиртовал.
Рита почувствовала, как внутри расползается что-то чёрное, мерзкое, давящее. Дыша через раз, она подглядывала за ними из-за угла, не делая шага вперёд, но и не отступая назад. Снедаемая болезненным любопытством, стояла и смотрела, как Вика умело заигрывает с Германовым: прикусывает нижнюю губу, тихо смеётся, будто случайно кладёт руку ему на грудь. Влад же уверенно убирает её, чем сильно удивляет Риту.
Неожиданно их взгляды встречаются, и она понимает, что Влад застукал её за подсматриванием. Становится невыносимо стыдно, и Рита сбегает с места «преступления», игнорируя летящие ей вслед слова. Кажется, Германов просил подождать его.
Пары тянутся невыносимо медленно. Одногруппники не перестают её обсуждать, замолкая только после замечаний преподавателей. Особо наглым и громким рот затыкает Полина, за что Рита ей безмерно благодарна.
Конечно, не всем была интересна её личная жизнь. Были и те, кого это совершенно не волновало. Плохая новость состояла в том, что их меньшинство. Основная масса людей генерировала сплетни о ней и Германове, раскатывая из маленького снежка огромный шар. Он неумолимо рос, скатываясь с человеческих языков, набирал скорость и грозился раздавить Риту тяжестью того бреда, что успели насочинять её одногруппники к концу учебного дня.
В голове так и крутилась песня:
Но отчего-то окружающим казалось, будто что-то поменялось.
С последним звонком на Риту свалилась долгожданная свобода. Она рванула на улицу с трудом удерживая себя от того, чтобы не сорваться на бег.
Германов ждал её на парковке. Высокий, привлекательный, уверенный в себе. Чёрная кожаная куртка и зауженные тёмные джинсы сидят на нём идеально. Солнечные очки скрывают глаза и непонятно, в каком настроении он сейчас находится.
Он не проронил ни слова, жестом пригласив сесть в машину. Рита не стала спорить решив, что ничего плохого не случится, если он подвезёт её домой.
По пути Германов сделал остановку, чтобы забрать Алину. Кажется, она и была причиной его дурного расположения духа.
На этот раз сводная сестра Германов была гораздо дружелюбнее. Первой поздоровалась и даже улыбнулась. Между ними завязался разговор. Иногда они смеялись, что делало её брата ещё более насупленным и хмурым.
Когда они подъехали к большому частному дому и Алина вышла, на прощание махнув Рите рукой, он, наконец, снял с себя эти огромные непроницаемые очки и уставился на неё злыми зелёными глазами. В них бушевало пламя, но Рита не могла понять, что разожгло в нём этот безумный огонь.
— Ты поладила с сатаной! — прозвучало по-детски абсурдное обвинение.
Рита удивлённо хмыкнула. Если кто и был Люцифером, поднявшимся из обители грешников на поверхность земли, то точно не Алина. Этой миниатюрной брюнетке до рыжеволосого повелителя ада было ой как далеко.