– Кирилл, мне поездка в Карпаты очень понравилась. А тебе?
– Мне тоже.
– Не жалеешь, что поехал с нашим классом?
– Нет, не жалею. Очень даже доволен.
– Кирилл, а мне кажется, – начала она, вкрадчиво заглядывая ему в лицо, – что наша классная в тебя влюбилась. Она так на тебя смотрела, а на вокзале, когда прощались – мы ведь с тобой последние уходили – я видела, как у нее выступили слезы.
– Ксюша, тебе показалось. Но она хорошая женщина. И классный руководитель неплохой. Переживала за вас, балбесов, волновалась, заботилась, чтобы все хорошо отдохнули. Ну что, в школу хочешь уже?
– Нет, не хочу. Хочу, чтоб еще каникулы продолжались. Так хорошо бездельничать.
– Бездельничать у тебя не получиться. Я завтра на работу пойду. А ты уборку сделаешь. Договорились?
– Сделаю. И что-нибудь приготовлю. Да и за компом я соскучилась. И почитаю. Ладно уж, Гончарова твоего, уговорил. Как называется?
– Он не мой, он известный русский писатель. А роман называется "Обрыв". Думаю, тебе будет и интересно и полезно, – потом помолчав, добавил, – Ну что, малыш, ты наверное, в ванную дуй, а я пока начну ужин готовить. Потом поменяемся и за ужином отпразднуем возвращение.
– С шампанским? – оживилась Ксюша, выращивая на щеках лукавую улыбку.
– Ага. С медицинским спиртом. Щ-щас, в аптеку сгоняю. Ишь чего захотела, понравилось. Марш в ванную, я тебе дам шампанского по поводу и без!
Кирилл готовил ужин и слышал плеск воды и Ксюшино пение, фальшивое, но веселое, и ее звонкий смех. Она вышла вся распаренная, розовая, укутанная в большой мохнатый халат с чалмой из полотенца на мокрых волосах.
Кирилл еще некоторое время возился с кастрюлями и сковородками, а потом, стягивая через голову фартук и торжественно вручая его Ксюше, сказал:
– Ладно, теперь я душ приму. А ты, давай, сервируй тут все и будем ужинать. Я быстро, не то что некоторые.
* * *
Каникулы кончились. На смену явились учебно-трудовые будни, позволявшие только по вечерам или по выходным никуда не торопясь побыть вместе и пообщаться друг с другом.
В субботу они долго валялись в постели, окутанные теплом и уютом квартиры в этот пасмурный, разгоравшийся хмурым январским восходом день. Болтали обо всем и не о чем. Кирилл любовался ее милым личиком, разнеженным и расслабленным после сна телом. Гладил растрепанные кудри, и было мучительно осознавать, что она, такая доступная и желанная, в то же время недосягаемая для его страсти.
– Ксюша, я, как дурак, ношусь с твоей девственностью. Вот не дай бог ты потеряешь ее с каким-нибудь прыщавым сопляком, я тебе ноги повыдергиваю.
– А если не с прыщавым? – один глаз хитро прищурился, ямочки весело заплясали на щеках.
– Все равно повыдергиваю.
– А если не с сопляком? – глаза перемигнулись и лукаво поменялись местами.
– Тем более повыдергиваю.
– А как ты узнаешь?
– Очень просто.
– А может ты не носись с ней, не надо.
– В каком смысле? – серьезный и сосредоточенно-строгий взгляд Кирилла уставился на нее в упор.
– Ну я хочу, чтобы это был ты, а не прыщавый сопляк.
– Я тоже этого хочу, только не сейчас.
– Ну почему? Почему ты меня только какими-то дальними обещаниями кормишь?
– Потому что ты у меня, Ксюшка, должна быть чистенькая, нетронутая. Мне тебя еще замуж выдавать, понятно? – попытался отшутиться он.
– Как?!… – протянула Ксюша, испуганно приподнявшись на кровати и глаза у нее возмущенно выкатились из орбит. – За кого?
– За себя, конечно. За кого ж еще?
– Фух! Ой, Кирилл! Ну зачем ты так шутишь? – она снова плюхнулась, блаженно откидываясь назад на его распростертую руку и театрально хватаясь за сердце.
– А ты что думала? Что я выращиваю, лелею, воспитываю мою девочку, чтобы отдать ее какому-то постороннему мужику? Не-ет, такое сокровище должно быть только мое и ничье больше.
Глава 2
Зима промелькнула незаметно, ничем особым не отметив своего унылого протекания, если не считать нескольких, заслуживающих внимание событий.
Было Крещение, когда Ксюша, Кирилл и Сергей поехали ночью на реку окунаться в иорданскую купель. Ксюша не помнила, как отважилась на такой отчаянный шаг и нырнула вслед за мужчинами в ледяную воду. В памяти всплывала лишь застывшая картинка той крещенской ночи, захлебывающейся серебром лунного света: городской пляж, тихий и уютный летом, а нынче пустынный и одинокий, острый звук лопающегося под босыми пятками тонкого льда, дрожавшие от холода звезды на черном бархате неба и противоположный берег, высившийся громадой отвесных скал докембрийского периода, которые вот уже около миллиарда лет без устали любуются своим отражением в могучей реке, неутомимо несущей свои воды в дар южному морю.
Было и еще одно радостное событие – Сергей наконец-то защитил кандидатскую. Кирилл предложил отметить этот триумфальный, столь долгожданный момент, посидеть в ресторане и достойно отпраздновать, но пришел не один, а с Натальей Павловной (какой прекрасный повод осуществить задуманное!). После нескольких рюмок красного вина обстановка разрядилась, глаза заблестели, Наташа порозовела и похорошела, а взгляд Сергея приобрел оттенок вполне понятной заинтересованности и Кирилл понял, что уже лишний, что самое время тихо, по-английски, удалиться. К тому же дома его ждала Ксюша, ему не хотелось огорчать ее своим долгим отсутствием и давать лишний раз повод расстраиваться.
– Кирилл, а ты где был? – спросила она еще с порога.
– Не поверишь. Выполнял одно очень важное стратегическое задание. Вернее сразу два: поздравил Сегёру с защитой диссертации и познакомил с твоим классным руководителем. Давно хотел. Мне кажется, они подходят друг другу. Оба молодые, неженатые. Почему бы и нет?
– Что?! Как это? Ты что, Наталью за Сергея Николаевича сватаешь, да? – Ксюшу вдруг осенило.
– Да-да, сватаю, догадливая ты моя.
– А зачем?
– Чтоб она была добрее, веселее, жизнерадостнее. Ну что ж мне такие простые вещи тебе объяснять? Женщина, когда не замужем, знаешь, какая злая на весь мир. А так будет счастливая, жизнью довольная. Кричать на вас перестанет, ругать, оценки хорошие пойдут, родителей будет меньше в школу вызывать. Сразу расцветет и похорошеет. Для вас, архаровцев, стараюсь…
Его внутреннее Я самодовольно потирало руки. Все складывалось удачно, жизнь скользила без сучка, без задоринки, приближающаяся весна внушала оптимизм, поднимала настроение, составляла радужные планы на светлое будущее.
Глава 3
14 февраля Кирилл повел Ксюшу в ресторан на набережной под названием "Остров сокровищ". Пиратская таверна, стилизованная под старинный парусник, одним своим боком нависала над рекой с развивающимся "Веселым Роджером" на мачте. Официанты в костюмах морских разбойников, грубо отесанные дубовые столы и стулья, на «камбузе» орудует профессиональный кок, пиратские блюда и морские деликатесы, по центру камин и барная стойка, как капитанский мостик – все пропиталось духом приключений и далеких странствий.
В День Святого Валентина все столики были заняты. Ксюша широко раскрытыми глазами озиралась по сторонам и Кирилл подумал, что не прогадал, пригласив ее в такое романтическое место. Они танцевали, ели, пили шампанское и излучали такое количество позитива, восторженного счастья, что на них с любопытством оглядывались сидевшие рядом пары. Красавец-мужчина и очень молоденькая девушка, явно влюбленные друг в друга, на общем фоне выглядели несколько необычно.
Вернулись домой поздно. У Ксюши пузырьки шипучего напитка с непривычки все еще играли в голове.
– Кирилл, можно я с тобой сегодня лягу. Все-таки День Влюбленных, мы должны быть вместе. Ну, вернее, мне хочется быть вместе.
– Веские аргументы ты привела. Ну давай, ныряй, – Кирилл приподнял край одеяла, гостеприимно приглашая ее в теплый рай своего ложа.