«Так лохануться, довериться, неужели он взял специально? Он следователь, сильный маг, он понял, что моя вишенка – непростая безделушка. Надеюсь, он её не сломает, верю, что всё происходит не случайно».
Женя вспомнила про бабушкино: «Не ссы», выдохнула, улыбаясь, успокаивая себя.
Она устала за день, села в столовой на стул, прокрутила разговор с бабушкой, свое появление в этом мире, улыбнулась встрече с детьми, покачав головой от самой себя, что так легко и, не думая, не взвешивая, не анализируя, приняла решение, и теперь она мама, и это бесповоротно, это навсегда. Вспомнила перемещение порталом. Когда это всё видишь, в этом участвуешь, кажется не таким и сверхъестественным как будто. Жене не хватало вишенки, она давала ей поддержку, тепло, уверенность, да.
Девушка прошла в ванную, безупречный порядок был и здесь, глянула в отражение, ей хотелось рассмотреть себя в полный рост, но зеркало было небольшим, сняла веревку с волос, встряхнула, чувствуя тяжесть и густоту локонов, пошла снова в столовую. Спать расхотелось, хотя усталость была, даже не усталость, а волнение от неизвестности, от того, что она ничегошеньки не знает о месте своего нахождения, о нравах, быте, словом – ничего!
В воздухе появилось неяркое свечение, и из образовавшейся воронки вышел Максимилиан. Женя протяжно выдохнула. Дознаватель подошел к девушке. Евгения так и сидела в удобной позе, облокотившись на спинку стула, была босиком, с распущенными волосами. Она была самой красивой девушкой, что видел дознаватель. Женя вглядывалась в глаза мужчины. Он волновался, прокашлялся.
- Женя, я забыл в кармане твою цепочку, вот, возвращаю.
На широкой ладони красовалась маленькая вишенка, Евгения взяла, зажала её крепко в кулаке.
«Врет как дышит. Бабуля была права, самая большая роскошь и близость – это говорить правду. Я снова чуть не вляпалась.»
Максимилиан услышал мысли и захотел упасть на колени, соглашаясь с каждым её словом.
- Женя, такого никогда больше не случится, даю слово.
«О! Слово в слово! Боже, неужели все мужики одинаковы во всех мирах: обещать и врать».
Маг зажмурился, приблизился к Жене, нагнулся упираясь о ручки стула, нависая над девушкой, почти касаясь носом её носа, вдохнул её волосы и пропал, она пахла так сладко.
Женя сжалась: «Щас задушит и закопает».
Дознаватель отпрянул, выпрямился.
Женя надела цепочку, поднялась, и тут воздух сотряс рёв. Девушка закрыла рот ладошкой, округлила глаза:
- Кто это? Нам грозит беда? Что делать?
- Всё в порядке. Всё хорошо! Это дракон! Тарос?! А он тут как? Он сегодня что-то в не в духе.
- Нам убегать? Прятаться?
- Нет! Нет! Он любит свой народ, он в небе, далеко, ничего не бойся, это просто его зверь выпустил пар, это не опасно.
Больше рыка такого грозного не было, дети не проснулись.
- Мы точно в безопасности?
Максимилиан видел её страх.
- Точно, я могу остаться с вами, лягу на кухне.
- Нет, я вам верю, идите. И прошу вас, заходите через дверь, постучавшись сначала, и снимайте обувь, я так наводить марафет, как вы, не умею.
Максимилиан опустил плечи.
- Женя, я хочу тебе признаться, - он сглотнул.
Евгения выдела его волнение, он поправил ворот рубахи, взял руки в замок, разжал.
- Давайте не сегодня, утро вечера мудренее, не спешите. И знаете, Максимилиан, не надо сложных путей, можно заблудиться и потеряться или вообще не найти главного. Можно было просто меня спросить обо всём, что вас интересует.
- Женя!
Максимилиан выглядел побитым, её слова были настолько правильными, что оголяли его натуру перед ней.
- До свидания, Максимилиан!
- Я завтра приду!
- Приходите.
13.
Драконьи земли. Два часа назад.
Тарос открыл глаза, резко сел, тряхнув головой.
- Лаккериус! – зычно крикнул король.
Дракон настроил браслет связи, вызывая лекаря, чувствуя, как его зверь бьётся о ребра, желая вырваться.
- Да, Ваше Величество! – устало произнес лекарь.
- Почему я в покоях? Почему спал?
- Вы оскорбили повара Руна, помощник получил ни за что, вы сами меня попросили что-нибудь сделать, я вам дал успокоительное эльфийское, вы немного поспали, лучше же?
Тарос застыл, взгляд его был устремлен в одну точку, он прислушивался к себе. Зрачки стали вертикальными, радужка глаз зелёной, зверь внутри зарокотал, и король побежал из спальни. Лекарь припустился за ним. Тарос выбежал на площадку у дворца, обернулся и взмыл в небо.
Лекарь видел это много-много раз, но каждый раз заворожённо смотрел на огромного черного ящера, с красными всполохами на крыльях, с изогнутыми разветвленными крупными рогами. В рогах хранился огонь предков королевских кровей, и дракон Тарос мог выпускать мощную струю пламени. Крылья шумно махали, дракон набирал высоту и уже через несколько минут его не было видно.