Дара взяла Николаса на руки, Женя – Бэрни, и девушки направились к дому Демьяна.
- Вещи твои Демьян принесёт.
- Дара, неудобно как-то, напросилась.
- Неудобно? Ой, не могу, рассмешила.
В деревне было темно и тихо, Женя шла за девушкой, что легко шагала, поднимаясь в гору. Дара открыла дверь деревянного дома, провела гостью в спальню.
- Ложитесь, ночь уже, утром забегу.
- А Демьян где будет?
- Не переживай, найдет место, давай штаны поменяем твоим, я заберу, чистые принесу завтра.
- Хорошо, спасибо, Дара.
Вдвоем они быстро сменили одежду детям, накормили из бутылочек, волчица убежала.
Руки ныли от усталости, Женя положила Бэрни, сняла с себя рубаху и штаны, резинку с волос. Оставшись в нижнем белье, легла на широкую добротную кровать. В комнате было темно, но свет от луны и звезд давал возможность видеть немного. Обняв детей, устроилась. Постель пахла мужчиной, на удивление приятным, еле уловимым запахом хвои, она вдохнула глубоко и крепко уснула.
Открыла глаза от яркого солнца, потянулась, дети еще спали. По краям кровати были сделаны бортики из скрученных одеял, чтобы дети не упали, Женя улыбнулась такой трогательной заботе. Огляделась: светлая и большая комната, кровать и шкаф – всё. На стуле у кровати лежало платье и кожаные балетки. Она взяла в руки обувь – мягкая, легкая. Оделась, заплела косу и пошла осмотреть дом.
Зашла в гостиную, в центре был круглый стол, стулья, большой диван и огромное зеркало в красивой деревяной раме на стене. Женя подошла к нему, рассматривая себя, отметила невероятные и притяные изменения: свежая кожа с румянцем, глубокий цвет глаз, густые волосы с отливом вишни, высокая полная грудь, талия узкая, она открыла рот, пытаясь хоть там найти отголоски прошлого – недавно залеченный зуб. Зубы все ровные белые. Улыбнулась себе.
Прошла на кухню: печь, стол, шкаф огромный, весь заставленный какими-то баночками. Женя начала хозяйничать, нашла крынку молока, яйца, муку, кусок мяса, вроде буженины, хлеб, замесила тесто, пока дети спали и начала печь блины, часть нафаршировала творогом, часть - мясом.
Когда в дом вошли Дара с Демьяном, они увидели стол с блинами, миску с творогом, Женю, кормящую Николаса и Бэрни, что сидел на стуле, пытаясь сам есть.
- О, ты уже приготовила? Молодец! – сказала Дара, раскладывая на стол продукты: тесто, яйца, сметану, часть по свойски расставляла в холодильный шкаф, - ну наконец-то я свободна от одного рта.
- Я тебя не просил, Дара,
- О, и ел бы один хлеб, да мясо, вечно в мастерской своей пропадаешь.
Демьян умял почти все блины, украдкой поглядывая на Женю, поблагодарил, ушел.
- Дара! Где взять тряпки, полы помыть, короче, покажи мне всё.
22.
Дара ввела в курс жизни стаи Евгению быстро, и жизнь потекла. Женя жила в стае уже неделю. В первый день к ней в гости пришла Румина, суженая Юркаса, альфы стаи. Девушки улыбнулись, узнав друг друга - виделись на ужине у короля, разговорились, расслабились. А когда услышали визг, выбежали на улицу, увидели: волчата Дары посадили Николаса, Бэрни и годовалых близнецов Румины в какое-то корыто на колесиках и покатили по деревне, дети тряслись и хохотали, старшие визжали от восторга. Мамы чуть с ума не сошли, неслись за ними, Дара орала на своих на всю стаю, грозясь оторвать хвосты и уши, а отцы умильно смотрели на это.
Демьян сделал кроватки, Женя теперь спала одна на огромной кровати, сделал много игрушек из дерева мальчикам, свистулек, сшил Жене красивый кафтан сам, на осень, Дара снабдила её платьями.
- Спасибо, Женя, всё очень вкусно, - Демьян поднялся и пошел, как всегда, на выход.
Он так делал всегда: приходил в дом, ел, благодарил, приносил продукты, мебель, спрашивал, что нужно и уходил в мастерскую, принимал душ в доме перед сном, ночевал тоже в мастерской.
- Демьян, в мастерской неудобно спать, я видела: у тебя там очень узкая лежанка, кровать огромная в доме, места нам хватит, спи дома.
Мужчина глянул на Женю, кивнул, встал и ушел.
День проходил в домашних хлопотах, к вечеру Женя убралась, погасила огонь в печи, но оставила томиться мясо на плите для холодца, приняла душ, легла спать.
Она часто вспоминала Максимилиана, чувство недоговоренности и недосказанности тяготили её, она скучала по нему, но дознаватель не приходил, значит: так решил, она вздохнула, зачем-то вспомнила глаза короля, красивые и наглые, его ухмылку и услышала, как в спальню зашел Демьян.
Женя замерла, закрыла глаза, сделав вид, что спит. Мужчина заглянул в кроватки, поправил одеялки. Женя улыбнулась. Мальчики окрепли, росли «как на дрожжах», Бэрни уже не был бледным и худым, обрел силы, носился во всю, Николас рос наравне в волчатами: ловким, юрким, крупным.