Когда Нуар зашел в шатер, отряхиваясь, словно пес, я уже сидела на спальнике, переодетая в чистые лосины и кофточку, и с самым недовольным видом показывала свое нынешнее отношение ко всей сложившейся ситуации. Вымокшая моя одежда висела вокруг странной печки, приделанная к какой-то потолочной веревочке.
— Что опять? — выдал он, стягивая с себя вымокшие брюки.
— Конь портит воздух, — краснея, пробурчала я и отвернулась.
— А тебе лучше будет, если он убежит прочь во время грозы? Могу и выгнать. — Нуар стоял ко мне спиной, облаченный только в обтягивающие боксерки и расстегнутые берцы. Фигурой он тоже очень даже напоминал Ноа, только слегка худее, ну да это неудивительно с его образом жизни.
— Не надо. — подняла я руки ладонями от себя.
Он в это время натягивал легкие штанишки и майку, не глядя на меня. Достал из своего, кажется, бездонного рюкзака какой-то сверток и спальник и подошел ко мне. Расстелил свой спальник подле моего, вызвав мой недовольный фырк. Развернул сверток и достал небольшой кусочек вяленого мяса и несколько сухарей.
— Жуй. — коротко произнес он и стал нарезать мясо на тоненькие кусочки.
Я промолчала в этот раз, достала из своего рюкзака пару яблок и протянула одно из них ему. Парень скосил на меня глаз недоверчиво, но яблоко забрал. В углу призывно гукнул конь.
— Спасибо. — пробурчал он и разделил яблоко напополам. Половину съел сам, вторую отнес радостному жеребцу.
Поужинали молча, после чего оба улеглись спать. А стихия за стенами шатра лишь начинала свою вакханалию.
____________________________________
Волкан и горгиль* - два крупнейших хищника мира Иллирии
Глава 16
То, что вечером было просто ливнем с порывистым ветром, ночью превратилось в нечто такое, чего я раньше не видела даже по телевизору. Словно бурю наслали прямо на нас, заставляя отказаться от своих планов. Мало ли, вдруг в этом мире есть какие-нибудь маги природных стихий? И они, как назло, оказались именно в лагере противника. Вода била в нашу палатку прямой наводкой. Ветер старался поддуть снизу, чтобы поднять её на воздух, и вышвырнуть к чёртовой бабушке за барьер. Только что земля не вставала дыбом, чтобы сразу захоронить упрямых погонщиков. Что уж говорить про небесное электричество. Сверкало и трещало не переставая. Разок громыхнуло так, что мой придурашенный жеребец встал на свечу, насколько ему позволяла веревка, отчаянно визжа. И начал метаться на месте, угрожая обрушить шатер. Он наступил на спящего горана, и тот, с жутковатым воплем подпрыгнув на месте, вылетел наружу. Я в ужасе забилась в угол, чтоб не попасть под огромные копыта гнедого жеребца. Причем поскакала прямо в мешке, как на весёлых стартах, и тут же прыгнула в натекшую снизу лужу, промочив его насквозь.
—Арде! — команда Нуара рассекла воздух шатра не хуже хлыста. Чёрный брат выскочил из спальника и твёрдой рукой резко осадил испуганное животное. — Арде, благий паробък*, арде!
Конь чуть успокоился, продолжая тяжело дышать и прядая ушами. Его бока ходили ходуном подобно кузнечным мехам, а вымокшая в момент шея была напряжена, не хуже стали.
Грозовой фронт, казалось, разворачивался прямо над нами. От близких трескучих раскатов грома закладывало уши. Я тряслась от холода и страха, чуть ли не визжа при каждом разряде молнии. Каждую секунду ожидая, что одна из электрических плетей лупанет аккурат в наш шатер, оставив только три хорошенько подгоревших шашлычка на его месте.
— Слушай, — недовольный голос из соседнего спальника на секунду отвлек от дурных мыслей, — уже и конь утихомирился, а ты все никак. Можешь уже лечь и спать?
— Гроза кругом, какой спать?! — прорычала я недовольно, — Тут такое творится! Того и гляди, превратимся в стейки полной прожарки! К тому же холодно, и мокро! И страшно!
— Нечего было прыгать в лужу. Спи теперь. Молния не попадет сюда, я поставил защиту. Уже несколько разрядов ударили мимо.
— Почему же от дождя купол не сделаешь?
— Здоровья для этого много надо. Не хочу помереть раньше срока.
Слова о защите немного успокоили, но вот суше мне от этого не стало, как и теплее соответственно. Теперь я просто тряслась в ознобе. Нуар заворочался в своём ложе, зашуршал тканью, словно расстёгивал что-то.
— Вешай на стенку свой спальник и иди сюда! — тяжело выговорил он, разводя в стороны полы своего мешка.
От непосредственной наглости этого предложения я задохнулась, раскрыв рот и глаза на максимум.
— Да сейчас! Разбежалась! Нет, спасибо, я уж лучше, в чем есть полежу. — прошипела я, когда шок отпустил. На что он хмыкнул.