— Терпи! — Нуар сорвал с меня рюкзак, и раскрыв его, вытряхнул все содержимое на землю.
Золотистая коробочка уже была у него в руках, когда я поняла, что умираю. Он с силой разжал мои сведенные челюсти и капнул под язык какую-то сладковатую субстанцию. Я кое-как смогла сделать малюсенький вдох, но воздуха катастрофически не хватало! Черный выматерился, снова набрал из коробочки в пипетку золотистой жидкости, достал свою курительную трубку, забил ее табаком и капнул сверху эликсир. Умело раскурил. Сделал несколько глубоких затяжек и тут же прижался губами к моему открытому рту. Вдохнул в мое отекшее горло тяжелый дым, почти профессионально делая искусственное дыхание. В лёгкие словно набились жжёные тряпки, которые я судорожно принялась выкашливать. На вдохе меня вырвало. Следом за тряпками наружу полезла непереваренная синяя желчь. Горло снова сжало отеком. Тогда трубка была протянута мне.
— Затянись! — Нуар рыкнул зло и резко. — Хочешь жить, затягивайся!
И мне пришлось курить по-настоящему. Хотя никогда в жизни не пробовала именно трубку. Кашляя и давясь противным дымом, я тянула его, доверившись нелюдю. Кто бы когда-то сказал мне, что меня спасет капля никотина — рассмеялась бы в лицо! Но я жила, жила и не собиралась умирать.
Глава 18
Нуар что-то сделал с пространством, как-то исказил его, или морок навёл, я не знаю. Но кроме храбреца, что лежал с разрубленной головой, до нас больше не добрался никто. А я и удивляться уже перестала. Магия виновата, волшебство, какая разница? Жива, и ладно. Хотела было его искренне поблагодарить за спасение, да видимо нравы здесь другие были. И жизнь ценилась совсем иначе, чем у нас.
— Отойди! — Нуар вытянул руку, обозначая своё личное пространство с этой минуты. Странный такой. То прижимался, как муж, ёрзал сзади, теперь вот на метр не приближайся. — Ближе не подъезжай!
А как ближе? Он снова посадил меня на Аметиста, моего строптивого жеребца. Хотела я кобылку прибрать, на которой смертник прискакал. Хорошая была, ласковая, прямо будто рада оказалась, что от прежнего хозяина её избавили. Но чёрный упёрся, и в портал её отправил, по заду крепко хлопнув. Она морду скривила обиженную. Но кто на лошадей внимание обращал когда? Взбрыкнула, да в искрящейся синеве пропала. А может, и поэтому мы вне досягаемости врагов остались. Это ж та самая червоточина была, дыра в его, Нуара, мир.
Так мы и поехали. Я на Аметисте, лицом ещё синюшная, как та ведьмина ягода. Он на звере своём чудовищном, который как раз у портального окна из кустов вылез. И если кобыла на меня с укоризной смотрела, в дыре скрываясь, то горан с откровенным торжествующим превосходством взирал, да ещё и хозяину намёки делал, мол, я не одобрял вашего союза, и продолжаю не одобрять. Гордо так шагал сквозь заросли лесные.
Мы снова были командой загонщиков. Единомышленниками. Но только на словах. На деле же я понимала, что более лишнего члена в их команде и представить было сложно. Между собой они друг друга с полуслова понимали. А меня терпели. Жеребец и горан потому, что им так приказал хозяин. Самому Нуару я была навязана королевой, и он так же не мог просто забыть меня в лесу, или придавить тихонько, и на дне озера камешками упокоить. Потом не отбрехался бы невинно. Значит, пока я ему была нужна. В любом состоянии.
А вот с самочувствием начали возникать проблемы. Добрая монархиня, снабжая меня чудодейственными капельками, которые меня с того света вытащили, забыла упомянуть о невинных побочных эффектах. А может, и не собиралась предупреждать. Здесь-то поди все о них знают. В общем, помимо адреналинового действия, когда затухающие жизненные процессы будто взрываются, капельки эти самые дальше продолжали поддерживать энергетический тонус. А какой тонус у женщины? Гормональный. Афродизиак мне королева подсунула, проще говоря. Не сомневаюсь, что хотела, как лучше. Благодетельница прямо. Да только мне это всё сейчас боком выходило.
Все органы чувств обострились. Я ощущала подъём сил, хотелось лететь, хотелось творить великие дела, хотелось любить всех окружающих. Кроме коня и горана, которые по понятным причинам в этот список не входили, меня окружал лишь Нуар. И даже к этому отвратительному спутнику я воспылала приязнью. Вот что за мужлан? Мы столько всего вместе пережили, перенесли столько невзгод, соли съели уже килограмм десять. А в итоге – Отойди! Какая неблагодарность.
Я же видела, что он тоже не так уж и ненавидит меня. И сторонится лишь из вредности. Или целибата своего дурацкого. Придумали же. Воздержание. Чушь какая немыслимая в наше время! Ладно девушка, ей положено беречь себя до свадьбы. А этот уж и женат был, и вообще. И ведь судя по совместным поездкам в седле, хотел меня. Я чувствовала.