Входная дверь негромко скрипнула за сегодняшним хозяином комнаты. Я невольно скривилась и вновь отпила из чашки. Сейчас снова придумает какой-нибудь повод для того, чтоб побурчать. Ну, ничего, сегодня я как кремень, сегодня меня не проймет даже этот злобный гад.
Нуар все ещё возился в соседней комнате, негромко ругаясь, и постукивал своим многочисленным снаряжением. В это время горячее вино стукнуло в голову и по телу разлился лёгкий туман. Стало спокойно и достаточно легко, даже тоска ненадолго отступила. А ещё мне внезапно захотелось узнать, как там поживает бок братца моего неудавшегося мужа. Ведь прыгая за ним в воду, я довольно сильно приложилась им о камни. Хоть бы за это мне сказал спасибо.
И тут, помяни беса — он тут как тут. Этот умник постучал в дверь:
— Эй, малая, хватит мокнуть, мне себя тоже надо в порядок привести!
Я проигнорировала его слова. Вода ещё не настолько остыла, чтоб мне внезапно захотелось из нее вынырнуть. Но буквально через минуту стук повторился:
— Юля, я знаю, что ты там не спишь! Выходи!
"И даже и не подумаю!" — решила я для себя. Нечего быть таким настырным и вредным. Вино и в самом деле придало мне большой храбрости. Сейчас я готова была даже вступить с этим мужланом в неравную схватку, хотя и очевидным было то, что проиграю в любом случае. Но почему-то захотелось рискнуть.
И снова повторился тот же самый стук в дверь.
"Да молоти, хоть замолотись!"
Дверь скрипнула, пропуская в нагретую комнату холод соседней, и я недовольно повела плечами, но глаз не открыла, очень неудачно притворяясь спящей. Но меж тем очень внимательно прислушивалась к каждому его наименьшему движению. Шаги, меж тем, затихли возле ванны, и тело грузно уселось совсем рядом.
— Бухаем по-тихому, — он взял чашку и сделал хороший такой глоток, как тот пылесос сразу четверть выхлебал. — Нормально, но по шарам бьет, тоже, очень даже хорошо. Хватит претворятся спящей, у тебя это не получается. Дай мне привести себя в порядок.
— Не дам, ты и так погрелся моим глинтвейном. — я открыла глаза и в ужасе чуть не выпрыгнула из воды. Нуар сидел в пол оборота ко мне, положив локти на края ванны и крутил в руках остро оточенный клинок.
Я успела уже выбраться из воды почти по пояс, когда его рука, холодная, словно лед, легла мне на плечо и опустила обратно в воду.
— Ты че дергаешься? — спросил он, старательно отворачивая лицо в сторону.
— А зачем ты ко мне с ножом лезешь?
— Я, вообще-то бриться собираюсь.
— Тьфу на тебя, придурок, напугал! — от души немного отлегло, но даже алкоголь из организма выветрился, и я внезапно поняла, что сижу в ванне, абсолютно голая перед этим добровольным монахом. Первой мыслью было залепить ему пощечину через все лицо и прогнать прочь из комнаты, но я тут же отмела эту идею, и решила просто поиздеваться над его гормонами. — Принесешь полотенечко, и я уйду!
Я хитро глянула в его наглую морду с вызовом, и он этот вызов, кажется, принял. Молча залпом дохлебал мое вино и поднялся. Сходил за полотенцем и протянул его развернутым мне, на вытянутых руках. Сам же стоял с окаменелым отвернутым лицом. Я медленно вышла из воды, встала за его спиной и забрала полотенце, ненавязчиво проведя мокрыми руками по его озябшим. Завернулась в мягкую ткань и проскользнула мимо, косо глядя на мужчину.
Результат превзошел все мои ожидания. По всему его телу прошла мелкая дрожь, а кулаки были крепко сжаты.
— Это тебе за характер твой скотский. — прошипела я, затворяя за собой дверь в помывочную, ибо в это время из другой двери появились слуги, которые принесли воду для него и теперь вычерпывали из ванной использованную мной.
Я же достала из своего рюкзака заряженный недавно от солнечной батареи смартфон и включила первый попавшийся трек. Тихонько, ненавязчиво. По комнате разлилась приятная роковая баллада, будто приглашая к медленному романтическому танцу.
На постели лежала новая белоснежная рубаха в пол, которую я и натянула на себя и огляделась в висящее на стене зеркало. Удивилась, разглядывая, как нежная ткань легла на обнаженном теле, скрыв все недостатки, и выделив достоинства. Да уж, этот постоялый двор был на редкость богатый, чувствовалось веяние портового города. По-видимому, данная комната встала Нуару в копейку. Кстати, о Нуаре. Из помывочной не доносилось ни звука. Я вспомнила о том самом ушибе. Всё же было очень интересно. Поэтому я подождала еще примерно три песни, после чего встала и мелкими, абсолютно бесшумными шажочками двинулась обратно к комнате, в которой находился он. Чуть, одним пальцем приоткрыла дверь и прильнула глазами к образовавшейся щели. Он стоял ко мне боком, отирая тело полотенцем. Мокрые черные волосы рассыпались по широкой спине, спадая ниже лопаток. Татуировки переливались в неярком свете свечей. Я замерла, разглядывая его идеальное тело. Нет, ну, пока щеголяла внутри него, то успела неплохо рассмотреть всё его достоинства, но одно дело смотреть вроде на саму себя, а совсем другое - со стороны. Со стороны смотрелся он намного эффектнее. Сейчас, в таком виде он еще больше напоминал Ноа, если бы не все эти татуировки и волосы другого оттенка. Глядя на него сейчас мне вспоминалась древнегреческая статуя дискобола. И сейчас этот самый дискобол как-то странно замер. Я приподняла глаза и встретилась с его нахмуренным взглядом. Мне бы сейчас захлопнуть дверь и с красным от стыда лицом убраться в другую комнату, но количество алкоголя в крови всегда пропорционально наглости, поэтому я зашла в помещение и подошла почти вплотную к нему со сцепленными в замок пальцами.