И вдруг раздался свист. Тонкий, пронзительный, долгий. От него заложило уши, до боли, до скрипа в зубах. Гул в пещере превратился в рев. Топот усилился и из провала в скале вылетел десяток молодых вороных лошадей. Животные храпели, гнули шеи и летели прямо ко мне. А следом бежали люди. Человек двенадцать, не меньше.
-Твою ж! - выдохнула я и жеребец подо мной в этот момент запрыгал из стороны в сторону, едва не сбросив, пропуская мимо себя подростков.
Но вот люди! Судя по лицам, намерения их были, мягко говоря, не добрые. Кто-то попытался ухватить моего коня за уздцы, но Аметист встал на свечу и ударил его передними копытами в грудь, опрокидывая. Но тут же сбоку меня попытались ухватить за ногу и стянуть с седла. Я выхватила из-за голенища сапога плетку и попыталась ударить его по голове, но этот, самого что ни на есть бандитского вида мужик, перехватил мою руку на середине удара и зверски ухмыльнулся едва ли не в лицо.
-Что, псеглавка, не по-твоему?! - ухмыльнулся он, засветив гнилыми зубами. - Сейчас тебе кровушку-то…
-Отвалил! - удар тяжелого кулака с силой откинул его в сторону.
Нуар добавил ему ногой. После чего с силой хлестнул кого-то из бегущих навстречу разбойников кнутом, и я вскрикнула, когда в сторону мою полетели брызги крови. И вот тут его уже начали окружать. Но Черный не сдавался. Его кнут закрутился над головой изредка опускаясь на головы противников, не подпуская их слишком близко к себе.
Невольно я даже восхитилась его умелой самообороной. Вот только один в этом случаев поле не воин. Кто-то ткнул его в бок пикой. И, хотя удар не пробил броню, но мне довелось услышать негромкий и неприятный такой хруст. Он болезненно захрипел, поджимаясь. Но когда вся толпа одновременно напала на него, то двух тут же постигла незавидная участь знакомства с его клинками.
Честно, я пыталась помочь ему, но не знала, как даже подобраться. Я подхлестнула жеребца, направляя на толпу, но тут же ногу опалило жгучей болью. Вскрикнув скорее от страха, чем от боли, я снова хлестнула коня, сбивая его грудью того, кто ударил меня, но тут кто-то из разбойников неуловимо кинулся к нам. Аметист взвизгнул, передние ноги его подломились и я кубарем покатилась на мокрый песок. Старые раны расцвели новой вспышкой боли, заставив задохнуться. И в этот же момент над головой промелькнул белый силуэт. За спиной раздались крики.
В ужасе я сжалась в позе эмбриона и ожидала неминуемого удара в спину. Но удара не последовало. Меня аккуратно отодвинули в сторону, и только сейчас я заметила Моргана, который стоял надо мной, не подпуская никого из нападающих. Я перевернулась, усаживаясь под ним и взглянула на поле боя. На пляже ситуация кардинально изменилась. Вместо одного Нуара разбойников щемили один пеший и два всадника. На светло-сером и вороном конях. Оставшиеся в живых бросились врассыпную, пытаясь спасти свои жизни, но тут уже Морган ухватил кого-то и прижал к земле. Одного Нуар засек своим армированным кнутом. Татуированный бородач с голым торсом не успел добежать до скалы - старший брат Чёрного пригвоздил его к земле копьем.
Когда все закончилось, то такие похожие и такие разные братья подошли ко мне и Нуар подал руку, помогая мне встать на ноги и я, прихрамывая, поплелась в сторону своего лежащего на песке жеребца. Амулет еще был жив, но торчащее из груди древко копья и неестественно изогнутая нога дали понять, что ему не долго осталось.
Стало очень горько и безумно жаль красивого и по-своему преданного коня, на глаза навернулись слезы, когда я присела возле умирающего жеребца и положила его большую голову на колени. Тот негромко захрапел, кося на меня карий глаз. Из его глаза тонкой полоской покатилась слеза.
-Не плачь, пожалуйста, только не плачь, - зарыдала я, прижимаясь лбом к его виску.
-Юль, - приглушенный голос заставил меня поднять голову и тут же была поднята в воздух и отнесена в сторону белым ангелоподобным братом.
Я не стала смотреть на это, я знала, что должно произойти. Просто спрятала лицо на его лице. Сзади раздался глухой выстрел и я вздрогнула.
-Ничего, так бывает. Не надо плакать. Уже все закончилось. Скоро ты вернешься домой.
-Мне некуда идти.
-Тогда посмотрим.
Он уложил меня на песок и достал из кармана платок и прижал к моему лицу. Я не стала сопротивляться, знала, для чего он это делал. С каждым вздохом мир мерк все сильнее, картинка плыла перед глазами, пока не померк совсем. Я впала в беспамятство.