— Там ступени, осторожнее! — Крикнул с другой стороны Нуар, заводящий лошадь и горана в небольшую подсобочку, примыкающую к хижине.
— Спасибо за своевременность! — гаркнула я в ответ и сбросила рюкзак у стены. — Тормоз!
— А нечего торопиться. Могла бы и подождать. Вдруг бы тут медведь был? Ему бы потом как объясняла, что устала и замерзла?
— То есть, тут мог еще и дикий зверь быть? В защитной зоне?!
— Нет.
— Так почему же пугаешь?
— Так на всякий случай!
— Вот и молчи лучше, так, на всякий случай. — я включила фонарик на смартфоне, освещая помещение. Заметила топчан у стены, стол и камин у стены напротив. — Чья это хижина?
— Моей семьи, как обычно. Вход я запечатал. Ты, кстати, что видела, когда подъехали?
— Ну, хижину.
— Значит изменилась на самом деле. Человек этого схрона не заметит. Просто деревья.
— Отлично, значит я истинный мутант.
— Да кто знает, наверное! — мужчина подошел к камину и зажег целую колонну свечей, стоящих на них. Помещение озарилось неярким светом, я заметила, что пол выстлан десятками шкур разных животных.
В уголке на полочке стояло десятка полтора мисочек, кружек, деревянных ложек. В углу на полу стояли две довольно большие бочки, а рюкзак я очень удачно поставила рядом с рукомойником.
— Отлично, спать кто где будет? — Я села на край топчана, наблюдая за тем, как он разжигает камин.
— Я тут, — Черный указал на шкуру рядом с камином, — а ты, где хочешь!
— Отлично! — я хлопнула в ладоши и начала раскладывать свой спальник на топчане.
Мужчина же снова сбросил с себя латы, гольф, брюки и вышел на улицу. Его безумная привычка мыться под дождем или снегом меня просто добивала, но раз привык, ну, на здоровье! У меня на это дело имелось еще треть упаковочки влажных салфеток. Когда он вернулся назад, я уже тоже была относительно чистой.
Не обращая на меня внимания, мужчина расстелил на полу спальник и улегся в него, закинув руки за голову.
— Ужинать будешь? — я собиралась приготовить чего на огне, но замерла, взглянув на него.
— Нет, позавтракаю поплотнее. — Нуар отвернулся лицом к огню.
— Ну, значит и я не буду. — я подошла к камину и начала задувать эти многочисленные свечи. Изредка поглядывала на него, но мужчина все так же лежал, даже не меняя позы. Пялился на огонь. Возможно, я бы ничего не заметила, но вдруг показалось, что его тело периодически сотрясает дрожь. — Эй, тебе плохо?
— Да все в норме, устал сильно. — махнул он рукой, но меня это не убедило. Слишком болезненным был его общий вид, быстрым дыхание.
Я встала на колени и прижала ладонь к его пылающему лбу. Мужчина прикрыл глаза и тяжело сглотнул.
— Да ты же весь горишь! Зачем в снег нырял?
— Да все в порядке. Устал сильно, да и чуть простыл. Завтра уже как новенький буду.
— Это опасно! Нуар! Подожди, я сейчас лекарства тебе дам!
— Не надо. Я не пью таблетки.
— Да хватит уже корчить героя! — я вскочила на ноги, намереваясь подбежать к рюкзаку, но он вдруг ухватил меня за руку.
— Не надо! — прошептал он и притянул меня к себе ближе. — Полежи со мной. Мне холодно.
Я не знала куда деть глаза. Мне было стыдно перед ним. За то, что не жалела, за то, что злорадствовала и злилась. Поэтому я сбросила всю одежду, оставшись только в белье и влезла к нему в спальник. Ужаснулась от того, насколько горячим было его тело, насколько сильно его знобило. Сейчас он не хотел меня, но нуждался во мне как никогда, поэтому я пришла на помощь, крепко прижалась к нему, положила голову на плечо. Коротко поцеловала в шею. А он все дрожал, едва не стуча зубами. Потом заснул. Дыхание его выровнялось. Только тут я успокоилась и позволила себе так же уснуть.
Глава 29
Мне приснилось, что я кошка. И кошку гладили, и кошке было очень хорошо. И кошка мурлыкала от удовольствия, подставляя свою изогнутую спинку под ласковые руки. Боже, как же это было приятно!
Я вздрогнула, стряхивая с себя сонный покров. Удивительно, я правда мурлыкала, словно кошка. А лежала на теплой уже и влажной от пота мужской груди. И мужские руки не спеша гладили меня по спине. И гладили так нежно, что в первую секунду не могла даже прекратить мурлыкать.
— Куда мое белье делось? — Нуар приподнял мою маечку, просунул ладонь под шортики, сжимая пальцами попку.
— Ты ночью страшно потел, стянула с тебя их, подсушить.
— О, жаль, а я-то думал, что все преграды устранила меж нами. Чтоб с утра порадовать. — и он осклабился. Мне от этого стало немного неприятно, но взяв себя в руки, я постаралась промолчать и не наговорить гадостей.