— Привет, Ляля, давно не виделись! — произнес он спокойно и широко улыбнулся. И от этой его улыбки по всему телу моему пошла дрожь.
Глава 30
В мечтах своих я столько раз кидалась ему на шею при встрече, что на деле не смогла этого сделать. Что-то неуловимое держало меня от этого шага. Возможно холод, который внезапно возник в его взгляде или обидные слова, сказанные раньше в лесу. Сейчас я не могла пересилить себя и сделать к нему даже шаг. чувства страшно смешались. С одной стороны я была в восторге от того, что он пришел ко мне, сердце радостно ухало в груди. С другой, мне почему-то было очень страшно! От чего, я не понимала.
Мы сверлили друг друга глазами. Строго, изучающе и все так же настороженно. Но как бы много сейчас я отдала за то, чтобы он подбежал ко мне, обнял, прижал к себе.
— Чего стоишь в дверях, проходи, садись, — он похлопал по топчану рядом с собой, — расскажешь, как ты вернулась, как нашла меня, с кем из моих братьев приехала сюда.
— С чего ты взял…
— Что приехала с моим братом? О, милая моя Ляля, это же так элементарно, ты находишься в их любимом месте отдыха. И попасть в него не так уж и легко. Тем более вот это, — он помахал перед глазами небольшим сборником стихов, — даже догадываюсь, кто хозяин. Удивлена, наверное, даже не догадаешься с первого взгляда, какой он романтик в душе. Так ведь?
— Книгу я нашла здесь, когда убирала. Откуда мне знать, чья она.
— Неужели, а я-то думал, что он успел уже продекламировать тебе свой любимый, как он это делал остальным дурочкам, бывшим тут до тебя, — эти злые слова безумно ранили с самого первого, как и тон, с которым они говорилось, а Ноа раскрыл книгу как раз на том месте, где был обведенный стих, откашлялся, так же пафосно и скорее для проформы, —
Бессонной ночи трепетный порыв,
Сорвав как ветер лепестки с цветов,
Твои уста манящие закрыл,
Чтоб не услышать мне твой нежный зов.
О, грустный миг, о, яростная прыть,
О, ненавистный, злобный, неотвратный рок!
Осталось мне лишь волком грустно выть,
Я выучил сей горестный урок!
Не может жить без пары серый волк,
Не может лебедь свить с другой гнездо.
И не могу никак я все ж взять в толк,
Кого сгневил, что все вокруг мертво?
Ноа закрыл книгу и небрежно швырнул ее на стол.
— Вот, примерный такой перевод. Как по мне набор грустных эпитетов, а он сходит с ума от него. Правда, милая? Тебе никогда не казалось, что он немного сумасшедший?
Мне захотелось провалиться сквозь землю, так сейчас посмотрел он на меня. Но только огромной силой воли удержала себя на месте. Я не понимала, с чего такое отношение?
— Я тебя не понимаю.
— Не лги мне, Ляля, тебе это не к лицу. Не такая уж ты и дура, которой хочешь казаться. Вон на том спальнике очень характерное слияние ароматов запечатлелось. Страстное. Так что не надо выставлять меня дурачком. Ты, милая моя, слегка загулялась. Как же твои клятвы о любви до гроба, куда они все делись?
И тут меня взяло такое зло. То есть я загулялась! А сам-то хорош. Обманул всех, начал новую жизнь в новом статусе, девкой обзавёлся родовитой. Ну-ну, кто бы говорил.
— Я загулалась? А не ты ли сейчас там в лесу был с новой пассией? И вообще, сам же сказал, что любовь до гроба. Вот только до последнего момента я думала, что ты как раз уже в гробу. Загулялась, так я, считай свободная женщина! Чего хочу, того и ворочу!
— Один-один! — улыбка не сходила с его губ, от этого становилось ещё более горько и противно. — Но, милая Ляля, вот та самая пассия, как ты говоришь, вот она настоящая невеста, хранит себя до нашей с ней свадьбы. И я женюсь на ней, потому как она честная и скромная. А ты отдалась мне, мужчине, которого знала от силы неделю, а стоило узнать, что я погиб, так сразу же на брата моего переключилась. Немного шлюший поступок, не правда ли? Не думала, что он тоже поматросит и бросит, как говорят в вашем мире? Такие, как ты, нужны нам просто для утех, а в жены мы берём нормальных.
Слезы обиды скопились в уголках глаз после таких слов, но я сдержала себя. Не хотелось падать лицом в грязь перед этим лицемером. Я только зло улыбнулась.
— Для утех, говоришь, хорошо, я не буду спорить с тобой. Но я, по крайней мере не лгу никому и не пыталась перебить половину родственников. — реакция его на мои слова была бесценной. На лице Ноа не дрогнул ни один мскул, но вот его глаза метали молнии. — Я же понимаю, с чьей подачи Шанталь смогла перетравить семейство.
— Ну, травила не Шанталь, а Хлоя.
— Да, конечно, а кто ее накрутил? — господи, заклейте мне кто-нибудь рот скотчем, — Я не совсем дура, Ноа. Просто так Шанталь ты бы не стал помогать, натура не та. Ты все для своей выгоды делаешь.