– Так, ладно, иди на пары, я пока подумаю, куда мы сегодня пойдем.
– Как скажешь, дорогой,– девушка еще раз оголила белоснежные зубы в улыбке и, медленно отводя глаза от собеседника, пошла в сторону аудитории.
– Мужик, что это было? – Сергей посмотрел в след Блондинки, а потом на Андрея.
– Не спрашивай, я сам ничего не понял. Это надо перекурить. – Андрей махнул рукой и направился вниз по лестнице.
День проходил штатно, но утренняя история с Блондинкой сбивала привычное русло размышлений Андрея. Разговоры со своим внутренним «я» тоже не давали плодов, скорее, еще больше вопросов: «Со мной решили поиграть? Борзометр не зашкалил у девочки? Кто такая? Что же означала сегодняшняя Ее улыбка. А глаза… я запомнил цвет женских глаз! Это еще что такое? Это лишняя информация, гони ее Андрюха. Мы лезем в дырку, в которою наша жопа на поместиться, а голову вынимать будет уже поздно. Надо придумать ответную провокацию. Вообще, почему я столько об этом думаю? Мне выкинули красную тряпку, а я как раненый бык на нее клюнул. Может оставить машину и бухнуть на работе? А там и варианты есть… Нет, но что это за херня сегодня была?». Андрей сел в машину и направился к работе.
Провокация
Бар в тот день был относительно пуст. Артист Саша уехал загород, а Андрей стоял и рассматривал проходящих людей в ветровом окне, изредка обмениваясь шутками с барменом Димой. Из его головы не выходила Блондинка, что утром потрясла весь его дневной цикл. Андрей всегда говорил: «Если я чего-то не понимаю, то это очень сильно оскорбляет и унижает мой рассудок, и я должен в этом разобраться». Сегодня его рассудок себя чувствовал уже изнасилованным, сидящим на корточках и курящим дешевые сигареты под дождем. Андрей стоял неподвижно, изредка перекладывая вес с одной ноги на другую. Вдруг он схватил телефон и что-то начал писать.
«Женщина, мы идем на футбол. Мы это ты и я. Завтра беру билеты». Это сообщение было адресовано Ей. Андрей прильнул к экрану, гипнотизируя строку с Ее именем. Ответ пришел практически мгновенно – «Хорошо». Андрей отбросил от себя телефон: « Нет, это уже лишка! Какой футбол? Где ты и где футбол?».
– Андрюх, ты упоролся? – рядом стоящий Дима был удивлен поведением и гримасой Андрея.
– Лучше бы упоролся… – Андрей взял пачку сигарет и пошел в сторону черного входа.
Выйдя на улицу и закурив сигарету, Андрей задумался. Он пытался вернуть, пожалуй, впервые, в свою голову любой красочный хаос пролетающих мыслей, но все они, так или иначе, приводили его к Блондинке. Это очень раздражало и выводило из духовного равновесия курящего. Андрей не мог даже сконцентрировать свой взгляд на какой-нибудь детали двора, что обычно для него было привычно и происходило машинально. Прежде всего, его тяготела мысль, что он слишком много думает об этой девочке и Ее, для него, казалось бы, привычном флирте. Но это был не просто знак внимания, что-то большее. Головная боль уже давно отступила, и тело, которое вот-вот должно было начать ломать и проситься в горизонтальное положение для сна, маялось и не находило себе места. Вдруг каменное, холодное и озабоченное лицо Андрея окрасила улыбка, никому не адресованная. Что тогда ее вызвало, мы никогда не узнаем, но это было одно из невероятно редких явлений. Андрей улыбнулся душой, ни для кого и даже не для себя. Он просто не смог сдержать эмоцию, которая, расталкивая весь варящийся кисель в его голове, вырвалась наружу.