Сигарета уже тлела у самого фильтра, когда Андрей ее швырнул как можно дальше от себя и стремительно направился обратно за стойку. Дима занимался каким-то заказом, а рядом стоящий официант внимательно, но с ленцой, наблюдал за процессом. Андрей подошел к Диме, облокотился на столик, на котором его коллега нарезал фрукты для украшения коктейля, и начал всматриваться ему в лицо.
– Ты чего?– со смехом и недоумением поинтересовался Дима.
– Как ты относишься к фразе «Нет ничего страшнее, чем упустить шанс, который мог изменить всю твою жизнь»? – Андрей в упор бурил взглядом глаза Димы.
– Ты точно упоролся! Что, снова влюбился? Кто на этот раз? – Дима, отвел взгляд и взял уже готовый для отдачи коктейль в руку.
– Ты не ответил,– собеседник взял резко Диму за локоть и остановил руку, несущую коктейль к стойке.
– Андрей, как ты относишься к педикам?– взгляд Димы потерял шутливость, но глаза выдавали сарказм.
– Я к ним не отношусь. Димас, я серьезно.
– Я об этом не задумывался. Прости. Могу дать тебе «леща», чтобы и ты поменьше об этом думал,– Дима переложил коктейль в другую руку и протянул его уже заждавшемуся официанту.
– А мне кажется, это самая истинная истина, которая таким, как я, помогает выживать в этом мире и не разочаровываться в нем.
– Да что с тобой, мужик? Может тебе налить? – Андрей уже взял в руку бутылку рома.
– Нет, спасибо. Сегодня я уже дважды переживал похмелье.
– Ну и ладно, а я вот въебу. Уже вечер, время для коктейльчика. – Дима отвернулся и пошел делать себе напиток.
День тянулся мучительно долго. Андрей был в ожидании и нетерпении завтрашнего утра. Завтра он проснется и пойдет за билетами на футбол. Он не заметил даже, как мысль о том, что он просто хочет это сделать и пойти показать, что такое гладиаторский бой современности, очаровательной Блондинке, которая совершенно явно была далека от подобного рода зрелищ, начала перебивать холодно продуманный план провокации. У него даже в какой-то момент сложилось впечатление, что он давно уже планировал этот поход и именно с этой девушкой, а та, в свою очередь, давно с нетерпением его ждет.
Проснулся Андрей в невероятно положительном расположении духа. Это бывало крайне редко с ним. Обычно первые 30-40 минут Андрея раздражало буквально всё и все вокруг. Он подсознательно ненавидел весь мир, и, будь у него под рукой что-нибудь огнестрельное, он незамедлительно бы расстрелял все, на что падал его взгляд. Но сегодня было все не так. Звон будильника был встречен как сигнал на нечто значительное в жизни Андрея. Он моментально проснулся, отключил его, и незамедлительно, без привычного лежания и приходящего в чувства мутного сознания, встал с кровати. Душ в то утро был быстрым и остался незамеченным для пробудившегося. Как правило, этот ритуал затягивался минут на 15-20, Андрей любил постоять под сильной струей, когда кипятка, а когда ледяной воды, оперевшись ладонями на стену. Сегодня он принял обычный теплый душ, выпел стакан холодной крепкой заварки без сахара вместо привычного приторного кофе и, одевшись, заспешил к выходу. Все это не вызвало у Андрея ни малейшей настороженности, будто, так и должно быть каждый день, будто, это и есть его привычный распорядок утра. Выйдя на улицу, он удивился яркости солнца, а разноцветных машин, проезжающих по улице, ему показалось, что было больше, чем обычно. Не докурив сигарету даже на половину, Андрей сел за руль Ягуара и тронулся. Через 15 минут он был у касс, где взял два билета на стадион. Настроение по параболе продолжало стремительно лететь вверх, и его ничуть не приводило в смятение это, ведь обычно, когда подобное происходило с Андреем, он всегда вовремя осекал себя от эмоций, зная, что за стремительным ростом всегда следует столь же стремительное падение.
Город пах осенью: пожелтевшими листьями, которые с неделю на неделю готовились опасть с деревьев; ясным прохладным небом, что казалось еще более глубоким и бескрайним в своей ясности; заливным бризом, гонимым, казалось, крыльями чаек; детскими восторженными воплями во дворах возле футбольных площадок. Андрей, закрыв глаза, глубоко вдохнул и сел в машину. Заведя мотор, он положил на колени два билета и сфотографировал их на телефон, после чего отправил Ей с надписью «ты в футболе». Ответ пришел незамедлительно: «здорово». В этот момент что-то очень сильно заставило лицо Андрея приобрести пасмурный оттенок, а его худощавые черты лица в мгновение напряглись и закаменели. Пришла Рацуха. «Ты влюбился! Это неплохо, быстрее затащишь в кровать. Ты знаешь, что нужно делать. Комбинация прошла, она, похоже, действительно не шутит. Посмотрим. Сегодня ты обрадуешься, увидев ее, я не буду напоминать, что это в тебе говорит твой член и кучка гормонов, потому что у тебя давненько не было хорошеньких блондинок. Удачи, мужик, девочка симпатичная, жму руку». Андрей не нашел, что ответить этой, казалось, не его мысли. Вот оно падение с горба параболы, ожидаемое, но неожиданно резкое и болезненное. Тряхнув головой в разные стороны, водитель надел солнцезащитные очки и резко вырулил с парковочного места, вызвав гул негодующих сигналов других участников дорожного движения.