Место собой представляло классический ирландский паб небольшого размера, но каждый входящий в него мог прочувствовать весь уют и приветливость этого заведения. Потолок был увешан различными флагами, и шарфами футбольных команд, и просто знаменами с национальными цветами той или иной страны. Стены были окрашены в неприметный цвет и на их фоне выделялись различные рамки с фотографиями Ирландских вискокурен, плакатами с надписями и потешными карикатурами, посвященными пиву «Гиннес», различными раритетными предметами быта. На широких и глубоких подоконниках, полузавешанных алмазно-зелеными портьерами с золотистыми кисточками, стояли 10 и даже 20 литровые бутыли– качели разных сортов виски. В зале, который был разбит символически на три зоны, стояли маленькие коричневые дубовые столы, к которым со стороны, ближней к стенке, примыкали очень мягкие и комфортабельные диваны, а другие стороны были уставлены удобными для любого телосложения стульями. Барная стойка напоминала полку в музее. Бутылки с алкоголем стояли очень компактно, но при этом тщательно рассортированы по какому-то критерию, но даже при этой плотности, между ними можно было заметить различные безделушки. На некоторых бутылках могла висеть шляпа или кепка с надписью «СКА» и подписью какого-нибудь хоккеиста этой команды, где-то между 10-летним «Talisker» и Ирландским «Bushmills» сидела обезьянка в боксерских перчатках, а на старину «Джека» даже опирался настоящий «кольт». К торцам полок, на которых, собственно, и стояли бутылки, были прикреплены канцелярскими кнопками всевозможные «Бирдекели» ( подставки под кружки с пивом) и множество бумажных купюр разных стран, по которым можно было изучать географию и историю того или иного народа, которому принадлежит купюра. Сама стойка была также загромождена различного рода вещами, среди которых были: несколько стопок пепельниц, хьюмидор для сигар, еще одна бутылка– качели, рекламные стикеры и даже мешочек для игры в лото. Это было одно из немногих мест в городе, где жил Андрей, про которое можно смело сказать, что оно сделано для людей. Здесь можно и нужно было выпивать, смотреть спортивные мероприятия в подобающем гуле и шуме болеющих людей, встречаться небольшими и тесными компаниями, сидеть за стойкой, играть в лото и громко рассказывать непристойные анекдоты, не боясь, что тебя здесь не поймут или попросят быть тише.
Андрей все это очень хорошо знал, это была его территория и все, чтобы не происходило здесь, всегда будет происходить по его правилам. Здесь, в шуме, которым закипал паб, можно было потеряться и раствориться, оставшись так ни для кого незамеченным, а можно было и самому организовать, в случае необходимости или стойкого желания, весь этот структурированный хаос. Ровно по этому, Андрей выбрал для места встречи с Алиной именно это заведение. Он не ожидал ничего интересного от намечающегося свидания, а потому руководствовался мыслью « Ну, хоть выпью в хорошей компании». Причем, под компанией он представлял, буквально, каждое живое существо в пабе, но никак не Алину. Андрей извинился перед барменом и официанткой, что сегодня не сможет им составить компанию за стойкой, попросил ему сделать двойной «как обычно», сам взял пепельницу и направился к пустому столику в углу паба. Усевшись поудобнее на диване лицом к залу и опершись одним плечом о стену, Андрей с внешним наслаждением закурил сигарету и принялся рассматривать людей в зале. Не успел пепел впервые упасть на слегка влажную пепельницу, как рядом уже стояла официантка, стеля салфетку на стол перед Андреем и вызывающе прогнувшись в пояснице, занесла на только что уложенную бумажную основу стакан с еле прозрачной темной жидкостью, плещущейся среди осколков мелкодробленого льда. Гость слегка вздрогнул от неожиданности и улыбнулся в глаза официантке. Девушка слегка замялась у столика, как бы желая начать заведомо короткий и не содержательный диалог.
– Спасибо, Катюш.– Андрей произнес это крайне привычно, но интонация, как и всегда, была оригинальна.
– Как дела, Андрюш?– поинтересовалась официантка.
– Сейчас я выпью, и мир станет ко мне добрее. Знаешь, как в детской передаче, где всякие уродливые зверушки сюсюкаются.